Порочная слабость

 – Носить буду!

Кирпич сокрушенно покачал головой, смерил меня понимающим взглядом и задал вопрос, на который я не могла ответить отказом:

– Закажу хавчик в ресторане. На тебя брать?

– Вячеслав! Так уже сто лет не выражаются! – рассмеялась я.

– Тоже мне, голубая кровь, – фыркнул Кирпич и захлопнул дверь за моей спиной.

Оставшись наедине, я поняла, что у меня появился друг в стане врага. Пусть и не самый доброжелательный, зато не откажется помочь в трудную минуту.

После ужина мы с Кирпичом перекинулись в картишки. Разумеется, я выиграла. И не раз. Славик, кажется, понял, что я безбожно и почти не скрываясь, подтасовываю карты. Но мужчина лишь продолжал повышать ставки.

Время в компании Кирпича летело незаметно. И когда циферблат часов указал на тройку, я поняла, что пора бы и ползти в свою спальню.

Об этом я и сообщила Славику, а потом и зевнула так, что едва не вывихнула челюсть.

Вдруг телефон Кирпича ожил громкой трелью. Охранник нахмурился, резко подскочил на ноги и, мотнув головой в сторону моей комнаты, безмолвно приказал исчезнуть.

Подумаешь, важные дела. Да у меня тоже есть пара-тройка неотложных вопросов. Например, в чем лечь спать, в пижаме или в ночнушке. Или вообще голышом. Вот возьму, да и завалюсь в кроватку в чем мать родила.

Однако мое любопытство не собиралось укладываться вместе с моим телом. Оно ныло, чесалось и беспокоило различными мыслями.

А потом я расслышала звуки суеты, тяжелые шаги и отборные маты, произнесенные знакомым до боли голосом.

Пришлось высунуться из комнаты. И как раз вовремя.

Мимо меня промчалась сладкая парочка: Кирпич и Зверь. И если один шел бодро, то второй почти повис на плече первого.

– Шеф, мля, – причитал Славик. – Говорил, в больничку нужно. Никто бы и не вякнул. Все же подвязаны.

– Заткнись! – процедил Заверин.

А я застыла от ужаса, когда рассмотрела рассеченную губу, ссадину на скуле и разбитые в кровь костяшки.

– Доку позвонил, уже мчится, – глухо отчитался Славик.

Заверин промолчал, даже когда заметил, что я стою и наблюдаю за событиями.

Я восприняла молчание Алексея как приглашение следовать за ними. Тем более Кирпич даже не пытался захлопнуть дверь комнаты шефа. Вот я и сунула свой нос в святую обитель зла, вернее, личные покои Заверина.

Наверное, комната бы мне понравилась. Но я не обратила никакого внимания на интерьер. Мне хватило уже того, что под легкой небритостью на лице мужчины проглядывала жуткая бледность. Кажется, этот безумец вернулся домой изрядно потрепанным!

– Льда принесу и аптечку, – отчитался Слава, когда Зверь рухнул в кресло рядом с кроватью.

Охранник промчался мимо, словно меня не было в комнате. Зато Алексей смотрел на меня хмуро и исподлобья. Его кулаки были сбиты в кровь, будто он дрался с куском стены.