Магистр дьявольского культа

Некоторые оказались сожжены до основания, некоторые лишь покосились на бок и сохранились лучше остальных, но даже среди таких половина была разрушена. Спустя более десятка лет пережитых ветров и ливней, оставшись без людской заботы, каждый домик выглядел, словно призрак в изодранных лохмотьях, доживающий последние дни, молча взирающий на тех, кто взбирается на гору.

С тех пор, как они оказались на горе, шаг Вэнь Нина с каждым разом становился все тяжелее, и теперь, остановившись перед одной из хижин, он вновь неподвижно застыл.

Эту хижину Вэнь Нин когда-то построил своими руками.

И когда он покинул эти места, постройка все еще была целой. Несмотря на примитивную простоту, она отлично защищала от ветра и дождя тех людей, которые жили внутри, тех, с кем он был знаком и кем он дорожил.

Точно как во фразе «люди уходят, а вещи остаются», здесь остались только «вещи». Но даже среди этих хижин не осталось ничего, что напомнило бы ему об ушедших людях.

Вэй У Сянь произнес: «Хватит, не смотри».

Вэнь Нин проговорил в ответ: «…Я давно подозревал, что здесь все стало таким.

Просто хотел посмотреть, не сохранилось ли хоть что-то…»

Он еще не успел договорить, когда в одной из разрушенных хижин внезапно поднялся с земли покачивающийся человеческий силуэт.

«Человек» этот медленно поковылял наружу из хижины, мягкий солнечный свет озарил его наполовину сгнившее лицо. Вэй У Сянь хлопнул в ладоши, но ходячий мертвец совершенно никак не отреагировал, продолжая идти в их сторону. Вэй У Сянь спокойно отступил на пару шагов и заключил: «Он под контролем Стигийской Тигриной Печати».

Трупы, которых Вэй У Сянь подчинил себе, больше не подвергались воздействию Печати, точно так же как и Вэй У Сянь не мог управлять мертвецами, которых контролировала Печать. Принцип был до смешного прост: кто успел, тот и съел.

Вэнь Нин шагнул вперед и с ревом оторвал голову мертвецу. Однако после этого со всех сторон послышалось низкое рычание. Из чернеющего леса вокруг них медленно вышли сорок-пятьдесят ходячих мертвецов. Все они различались по полу и возрасту, большинство захоронены недавно, одеты в погребальные саваны.

Наверняка слухи о пропаже трупов говорили именно о них. Лань Ван Цзи достал гуцинь, как бы между прочим провел рукой по струнам — мелодия разошлась в стороны, словно рябь по воде, и толпа мертвецов, только что окружившая их со всех сторон, в одно мгновение повалилась на колени. Вэнь Нин поднял обеими руками труп исключительно высокого рослого мужчины и отбросил его на несколько чжанов прочь. Тот грудью напоролся прямо на торчащий деревянный сук и не смог освободиться самостоятельно.