Пропавших без вести – не награждать!

В тот же день Кабо подписала обязательство работать на немецкую разведку. В качестве доказательства истинности своих намерений она собственноручно написала пространный меморандум о состоянии дел в партийно-хозяйственном аппарате Гомельской области, о национальном составе гомельского бюро обкома, о фактах коррупции среди партийных функционеров.

Пройдя краткий курс разведывательной подготовки, Кабо была переброшена через линию фронта. Благодаря царившей в войсках неразберихе она быстро доказала, что ей удалось избежать немецкого плена. Как партийный работник с большим опытом комсомольской работы, она была принята на службу в политуправление 67-го стрелкового корпуса.

Проводив Кабо до линии фронта, Альберт вернулся в «Красный трудовик» и доложил руководству об успешно проведенной вербовке.

– Я всегда говорил, герр майор, что лучший агент – тот, кто работает за идею. У Кабо самый сильный стимул: стремление обрести половую свободу. Ради этого она пойдет на все.

– Работа проведена виртуозно, – начальник Альберта повертел в руках фотографии с голым мужиком. – Если бы я не знал, что это фотомонтаж, то, ей-богу, даже я поверил бы в ваши сказки. Только зачем все это? Война скоро закончится, и ценность таких агентов, как Кабо, будет равна нулю.

– Не будем забегать вперед. Когда закончится война, еще никому неизвестно.

– Кстати, а у нас ведутся исследования по перемене пола?

– Понятия не имею. Вполне возможно, что ведутся. Среди ученых ведь всегда найдется чудак, который ради эксперимента поменяет у человека руки местами или пришьет женщине член и посмотрит, что из этого получится.

– Получится интересный экспонат для кунсткамеры, – майор захлопнул личное дело агента «Жучка». – Пусть работает, там посмотрим.

После инцидента в Сталинграде Кабо перевели в Мурманск. На новом месте она потеряла связь с немецкой разведкой. Наступил 1944 год. Германия проигрывала войну на всех фронтах. Крушение рейха было делом времени. Для себя Кабо решила, что ее работа на абвер – это пройденный этап, о котором стоит позабыть раз и навсегда. Но она ошибалась.

В апреле ее вызвал к себе Васьков из политуправления Северного флота.

– У меня есть для тебя послание от нашего общего друга, – улыбаясь, сообщил он.

Кабо взяла конверт, достала из него фотографию и обомлела. Это была фотокопия ее обязательства работы на абвер.

– Кабо, что ты замерла, как монашка в солдатской бане? Что-то новое для себя увидела?

– Надо сказать кодовое слово, – пролепетала она.

– «Жучка», – снисходительно усмехнулся Васьков. – Теперь все в порядке? Слушай задание. Тебе предложат стать замполитом в отряде капитана Лоскутова. Ты согласишься. Морем вас перебросят в Норвегию.