Пропавших без вести – не награждать!

На поляне, едва дав десантникам скинуть ношу, Николай Егорович построил личный состав и напомнил основные правила жизни в базовом лагере. Правила были несложные: самовольный уход с поляны считался дезертирством; в лагере запрещалось разводить костры в дневное время, подходить к воде, стрелять, шуметь, стучать, кричать. В случае появления «рамы» надлежало прятаться под деревья.

– Запомните, – подвел итог своему выступлению Лоскутов, – единственный наш союзник на вражеской территории – это скрытность, а скрытность – это маскировка и дисциплина. Запомните все и каждый: вон там, за горами, на берегу фьорда, расположен объект «Посох». Его охраняют полторы тысячи немецких солдат и офицеров. Среди них две роты горных егерей, которые не уступают нам ни в подготовке, ни в боевой мощи. Надеюсь, никому не стоит объяснять, чем закончится бой между нами и двумя сотнями егерей? И еще. Я хочу напомнить вам, что, согласно подписанному Гитлером указу, все лица, задержанные в зоне ведения боевых действий с оружием, но без документов и знаков различия на форменной одежде, делятся на две категории: бандиты и диверсанты. Бандитов предписано вешать, диверсантов – расстреливать. Поверьте моему партизанскому опыту, данный указ немцы соблюдают исключительно пунктуально, так что в случае пленения пощады от них не ждите.

Николай Егорович прошелся вдоль строя, осмотрел свое потрепанное переходом воинство, остановился у спасенных моряков.

– Товарищи моряки! Правами, данными мне командованием Красной армии, я объявляю вас принятыми на военную службу и зачисляю в свой отряд в качестве десантников-краснофлотцев. С сего дня я формирую из вас отделение тылового обеспечения. Старшим отделения назначаю бывшего штурмана теплохода «Дмитрий Ульянов» Семена Носкова. Вопросы есть?

– Товарищ командир, – вышел вперед один из моряков, – как нам быть с обувью?

– С обувью? – повысив голос, переспросил Лоскутов. – Не подскажешь: а где мне взять для вас обувь – в магазине купить или попросить, чтобы из Мурманска на самолете забросили?

Моряк пристыженно вернулся в строй.

– Бойцы, – обратился Лоскутов к отряду, – кто-нибудь умеет плести лапти?

– Сплетем, товарищ командир! – откликнулись с левого фланга.

– Отлично! Будем считать, что вопрос с обувью решен.

Николай Егорович вышел на середину строя.

– Отряд, слушай мою команду! Первое отделение взвода огневой поддержки – «Отбой!» Второе отделение и тыловики поступают в распоряжение товарища Лукина. Коломиец! На тебе организация караульной службы. Радист! Оборудовать радиоточку. Жук! Готовь мины. Монгол, бери разведчиков и пошли, осмотрим северный выход с поляны.

Когда десантники разошлись, к Лоскутову подошел Якушев.