Север и Юг

Сколько раз она вскакивала при малейшем звуке, чтобы уже в следующий миг поймать выпавшее рукоделие и вновь начать прилежно работать иглой, пусть запотели очки и ослабла рука. Много раз дверь открывалась, и кто-то незначительный входил в дом по незначительному делу. Всякий раз после этого каменное лицо теряло застывшее решительное выражение и становилось непривычно мягким, задумчивым и даже унылым. Миссис Торнтон не позволяла себе думать о безотрадных последствиях женитьбы сына и направляла мысли в привычное хозяйственное русло.

Новобрачным потребуется свежее столовое белье, а потому рачительная хозяйка приказала принести корзины со скатертями и салфетками, чтобы провести тщательную ревизию запасов. Обнаружилось некоторое смешение ее вещей, помеченных инициалами Д.Х.Т. — «Джордж и Ханна Торнтон», — с вещами сына, купленными на его деньги и, следовательно, помеченными его инициалами. На некоторых старинных изделиях из драгоценного голландского дамаста, каких теперь не сыскать днем с огнем, тоже стояли эти инициалы. Миссис Торнтон долго ими любовалась — когда-то эти вещи составляли ее гордость, — а потом, нахмурившись и сжав губы, аккуратно убрала буквы Д и Х. Подходящих красных ниток, чтобы вышить новые инициалы, в шкатулке не оказалось, а посылать за новыми не хватило духу. Рассеянно глядя в пустоту, она представляла различные сцены, где ее сын, ее гордость, ее собственность, выступал главным героем. Но почему он так долго не возвращается? Наверняка остался с мисс Хейл. С тяжелым вздохом пожилая дама должна была признаться себе, что любовь сына неизбежно отодвигала ее, мать, на второе место, и ужасная боль буквально пронзила насквозь. Она не могла понять, физическое это страдание или моральное, но пришлось сесть, а спустя минуту услышала, как хлопнула дверь. Миссис Торнтон пришлось быстро выпрямиться, чтобы встретить триумфатора и разделить его радость, ни единым намеком не выразив собственного разочарования. Будущая сноха как личность в мыслях отсутствовала. Ей предстояло стать женой Джона и занять в доме место хозяйки, но кроме этого следствия величайшего торжества существовали и другие, не менее блестящие: изобилие и комфорт, фарфор и столовое серебро, честь, любовь, покорность, сонм друзей появятся так же естественно, как драгоценности на королевской мантии, а потому не заслужат отдельной благодарности. Выбор Джона поднял бы над миром даже кухарку, а мисс Хейл не так уж плоха. Родись она в Милтоне, миссис Торнтон смогла бы проникнуться к ней симпатией: красивая, пикантная, гордая, дерзкая, умная.