Шолохов. Незаконный

«Очистить советскую землю от шайки подлых убийц», – требовала писатель Анна Караваева.

«Пусть же гнев народа истребит гнездо убийц и поджигателей», – вторил Иван Катаев.

«Мы сами должны сметать всё, что революции сопротивляется и мешает», – писал Виктор Финк.

«Никакие происки врагов пролетарской революции не остановят победного шествия социализма», – утверждал Артём Весёлый.

На следующий день, 21 августа, в «Правде» вышло коллективное письмо «Стереть с лица земли!», подписанное 16 известными писателями. Подсудимых, заметим, тоже было 16. «Пуля, метившая в Сталина, летела в наши сердца.

Она должна была пройти миллионы сердец, – гласило письмо. – Мы обращаемся с требованием к суду во имя блага человечества применить к врагам народа высшую меру социальной защиты».

Письмо подписали генеральный секретарь Союза писателей Владимир Ставский и далее, в следующей последовательности: Константин Федин, Пётр Павленко, Всеволод Вишневский, Владимир Киршон, Александр Афиногенов, Борис Пастернак, Лидия Сейфуллина, Иван Жига, Валерий Кирпотин, Владимир Зазубрин, Николай Погодин, Владимир Бахметьев, Анна Караваева, Фёдор Панфёров, Леонид Леонов.

На следующей странице было опубликовано стихотворение Демьяна Бедного «Пощады нет!».

Предъявленные обвинения признали почти все подсудимые. 24 августа всех 16 человек приговорили к высшей мере наказания и на следующий день расстреляли. 27 августа в «Литературной газете» вышло коллективное письмо «Решение пролетарского суда есть наше решение», подписанное «по поручению президиума Союза советских писателей» Константином Тренёвым, Леоновым, Погодиным, Лахути и Ставским. На следующих полосах были опубликованы статьи «Гады растоптаны» Агнии Барто, «Гнев народный» Вишневского, «Чёрные люди» Сейфуллиной, «Вы просчитались, господа» Киршона.

Шолохов ко всей этой истории не имел никакого отношения. Поступали ли ему предложения выступить с авторской статьёй или подписать писательское письмо, неизвестно. У него в который уже раз хватало своих, вёшенских проблем. Начавшиеся в Москве процессы ростовские руководители восприняли как возможность для новых атак на Шолохова и его друзей.

Первый секретарь крайкома Шеболдаев, поняв, что глава вёшенского НКВД Тимченко в одиночку с Шолоховым не справляется, усилил его.

Вторым секретарём вёшенского райкома он поставил своего человека по фамилии Чекалин, а на должность ответственного редактора районной газеты «Большевистский Дон» назначил Анатолия Виделина.

В эту редакцию Шолохов заходил как к себе домой. Виделин и Шолохов были членами первичной парторганизации при редакции «Большевистского Дона». Жили все в недалёком соседстве. Чекалин и Виделин за руку с Шолоховым здоровались чуть ли не каждое утро.