Смертельная верность

Я нажала кнопку и медленно-медленно поднесла телефон к уху. Поэтому поспела только к середине выпаленной взахлеб фразы:

— … Все время на правом боку. И глазки такие грустные-грустные. Что мне делать?

— С глазками? Или с боком?

— Да нет, — слегка притормозила озадаченная Ларка, — со всей Лизой. Что мне с ней делать?

— Ну я же тебе говорю, она грустная какая-то с утра. Лежит все время и на меня смотрит. Пристально. Вдруг она заболела?

Я попыталась представить лохматую Лизу, лежащую на правом боку и пристально наблюдающую за хозяйкой. Ничего трагичного в этом нет. Я вот тоже с утра грустная и за Валерой пристально наблюдаю. Что же мне теперь, звонить во все колокола по этому поводу? Обычная осенняя хандра. Грустно, не грустно — никому нет дела. Поднимайся и иди на работу. Это маленькой лохматой мерзавке хорошо, сделала грустный вид — и у хозяйки вселенская катастрофа. Телефонные совещания и поиск единственно правильного решения. Хорошо быть собакой!

— Хорошо быть кисою, — задумчиво сказала я в телефон, — хорошо собакою… Ты, кстати, почему не на работе?

— Я отпуск взяла, пока Лиза маленькая. Чтобы рядом с ней быть, пока она привыкает.

— Отпуск по уходу за собакой? Неплохо.

— Ты скажи лучше, что мне с ней делать? Может, ветеринара вызвать?

— Оставь ее в покое, — посоветовала я. — Ей просто грустно. Осень на дворе, меланхолия. Она думает, как жить дальше.

— Вот и Света сказала, чтобы я ее в покое оставила. Лизу, не Свету. Тоже сказала, что грустно. А я боюсь, вдруг она заболела.

— Не бойся, — успокоила я Ларку. — Если твоя Лиза заболеет, она тебе скажет.

Отключив телефон, я снова уставилась на болтающегося по кабинету Валеру. Эх, я бы сейчас тоже с удовольствием на правый бок легла. Неплохо это — лежать дождливым осенним днем на боку, следя за кем-то взглядом. А этот кто-то будет за тебя переживать, беспокоиться, спрашивать, не заболела ли. Вот оно счастье! Ну почему так везет только собакам?

— Наташ, ты не заболела, случайно? — Валера стоял возле моего стола и, наклонившись, обеспокоенно меня разглядывал. — Вид у тебя какой-то нездоровый.

Чем ему мой вид не нравится? Обычный вид. Тоже мне, диагност! По внешнему виду самочувствие определяет.

— Может, тебе домой пойти? — не унимался начальник. — Отдохнешь, отлежишься. Лекарства какие-нибудь попринимаешь. А то в такую погоду и заболеть недолго. А ты нам здоровая нужна.

Я от такой заботы чуть не прослезилась. Надо же, какие люди меня окружают. Чуткие и внимательные. Даже неудобно врать, что заболела. Но не рассказывать же Валере, что мне просто работать не хочется. Пусть думает, что заболела. Ему приятно будет чувствовать себя внимательным и великодушным.

— Да, что-то неважно я себя чувствую, — подтвердила я, опустив глазки.