Тайные тропы

— Да, хорошо, — вздохнул облегченно Никита Родионович, — хорошо услышать голос родины... Ведь никогда еще я не испытывал такой тоски, как здесь, на чужбине.

Ожогин потушил свет и распахнул настежь окно. В комнату хлынула ночная прохлада, глянула бледная голубоватая луна.

— Постоим так, помечтаем, — сказал тихо Ожогин и привлек к окну своего юного друга, — помечтаем о будущем.

Рано утром Никита Родионович через окно вылез на крышу дома и стал устанавливать антенну. Потоки солнечного света били в лицо, в глаза, нестерпимо ярко отражались на оцинкованном баке душевой комнаты, мешали работать.

Ожогин повернулся спиной к солнцу, уселся около стенки мезонина и начал соединять два куска провода. Внизу под ним лежал двор, дальше соседний сад, а еще дальше начинался лес. Никита Родионович хотел уже подняться и подвесить антенну, как вдруг увидел в саду фигуру работника. Тот подошел к большой яблоне, осмотрелся вокруг, быстро сунул руку в дупло, извлек оттуда не то сверток, не то узелок небольшого размера и быстро спрятал его в карман. Потом быстро вернулся в дом.

«Вот это номер... — сказал про себя Никита Родионович и постарался запомнить яблоню. — Что же он там прятал?»

Закончив установку антенны и возвратившись домой, он посвятил в свое открытие Андрея.

— Давай понаблюдаем, — предложил Никита Родионович.

В течение этого и следующего дня друзья поочередно с крыши дома вели наблюдение за яблоней. К ней трижды подходил Вагнер и один раз его работник. Каждый раз они извлекали что-то из дупла и уносили в дом.

Характерно, что появление хозяина или работника в саду около яблони совпадало с приходом в дом кого-либо из посторонних. Один раз пришел нищий, второй раз — мастер-водопроводчик, третий — скупщик старых вещей, четвертый — электромонтер, подвергший осмотру проводку в доме и мезонине.

— Тут определенно что-то нечисто, — рассуждал Никита Родионович.

— И единственный выход — самим залезть в дупло и убедиться воочию, что там хранится. Как вы смотрите? — спросил Андрей.

Никита Родионович не возражал.

Поздно ночью, после работы с Долингером, когда в доме все успокоилось, Андрей вышел в сад и запустил руку в дупло. Вначале он извлек объемистый сверток, перетянутый шпагатом, а затем что-то тяжелое, обвернутое в тряпку. Спрятав все в карманы, Грязнов заторопился в мезонин, где его с нетерпением ожидал Никита Родионович.

В свертке оказалось более двух сотен листовок, размером в почтовую открытку, а в тряпке — яйцевидная граната неизвестной друзьям конструкции.