Тень змея

Когда мне в последний раз удавалось нормально поесть? Только когда мы были у папы…

Ра отложил блюдо и с трудом поднялся на ноги. Бес сунулся ему помочь, но Ра отмахнулся от него и поковылял прямиком к Зии.

– Зия, – радостно проворковал он нараспев, словно напевая колыбельную. – Зия, Зия, Зия.

Меня словно током тряхнуло: я впервые услышала, как он называет ее по имени.

Старик протянул морщинистую руку к ее ожерелью со скарабеем. Зия с опаской попятилась и вопросительно покосилась на Картера.

– Ничего, все в порядке, – заверил ее Картер.

Глубоко вздохнув, Зия расстегнула цепочку ожерелья и вложила амулет в ладонь старого бога. Амулет вдруг вспыхнул, излучая теплое сияние, которое тут же обволокло Зию и Ра единым золотистым коконом.

– Хорошо, хорошо, – сказал Ра. – Хорошо…

Я ждала, что старый бог почувствует себя лучше. Вместо этого он вдруг начал рассыпаться на части.

За сегодняшний день я всякого успела насмотреться, но это зрелище было самым пугающим. Первым делом у него отвалились уши и тут же рассыпались в прах. Потом его кожа стала осыпаться, как песок.

– Что происходит? – завопила я. – Что нам делать?

Картер застыл, вытаращив глаза от ужаса и разевая рот, как рыба, не в силах сказать ни слова.

Улыбающееся лицо Ра исчезло. Ноги и руки растрескались и отвалились, как у пересохшей на солнце статуи из песка. Ветерок смел его прах в Реку Ночи.

– Быстро он сегодня, – пробурчал Бес, которого происшедшее, похоже, не сильно взволновало. – Обычно на это уходит больше времени.

Я уставилась на него.

– Ты что, видел такое раньше?

Бес криво усмехнулся.

– Эй, я ведь тоже иногда дежурил на солнечной барке в старые времена. Мы все видели, как Ра проходит свой дневной цикл. Правда, давно это было… О, гляди.

Скарабей в ее руках исчез, но золотой свет остался, окружая ее сплошным ореолом. Она повернулась и посмотрела на меня с лучезарной улыбкой. Я никогда раньше не видела ее такой радостной, такой довольной.

– Теперь все ясно. – Ее голос сделался глубоким и звучным, как будто в нем зазвучал целый хор. – Все дело в равновесии, верно? Мои мысли и его. Или… мои и ее?

Она рассмеялась, легко и победно, как ребенок, впервые прокатившийся на велосипеде.

– Наконец-то возрождение! Вы были правы, Сейди и Картер! После стольких тысячелетий во тьме я наконец возродился через сострадание Зии. Я и забыл, каково это – быть молодым и сильным.

Картер растерянно попятился. И лично я его в этом не винила. Мои собственные воспоминания о том, как Уолт и Анубис слились воедино, были еще очень свежи, так что я вполне понимала чувства Картера: вряд ли ему приятно было слышать, как Зия говорит о себе в третьем лице.

Я еще глубже погрузилась зрением в Дуат. И увидела его. На месте Зии стоял рослый мужчина в доспехах из кожи и бронзы.