Тени южных скал

А ребята из отряда тем временем смогут выбраться из подвала. Сейчас главное не дать немцам поднять шумиху. Капитан быстро обогнул здание и чуть не врезался в бегущего ему навстречу охранника:

В полумраке тот принял его за одного из товарищей. Шубин с размаху всадил острое лезвие в кадык охраннику, а потом еще раз, уже справа. Кровь хлынула фонтаном из артерии, солдат рухнул на землю. Разведчик стащил его автомат, выставил вперед ствол и кинулся за дом, чтобы успеть остановить остальных караульных. Ему наперерез бежали двое автоматчиков. Шубин сказал им:

Солдаты не остановились, но замедлили шаг, не решаясь стрелять в незнакомого капрала.

И Глеб мгновенно воспользовался ситуацией — пустил короткую очередь из автомата, которая сбила рядовых с ног. Сила выстрела почти в упор откинула их назад; уже мертвые, они упали на землю. Сзади тоже раздался выстрел и крик Лизы:

— Нет, нет! Это наш, это разведчик, не стреляйте!

Шубин стремительно развернулся — на плече у него расползалось кровавое пятно от пули, прошедшей вскользь. А из автомата в него целился высокий бородатый мужчина в полушубке: Елизавета буквально повисла у него на руке, останавливая вторую очередь.

Она испуганно выкрикивала:

— Нет, нет, это свой!

В голове мелькнула мысль: «Еще одна ошибка! Неужели смертельная? Не предупредили партизан, что я в немецкой форме». В ту же секунду девушка бросилась к капитану, принялась трясти его:

— Ну, больно?! Попал?! Куда?! Ранило?! Не молчите!

Глеб оторопело покачал головой:

Бородач растерянно замер с автоматом в руках:

— Ох, ты наш. А я как фрица увидел…

Договорить ему Глеб не дал: он наконец вышел из ступора и кинулся к домику, где отдыхали после дежурства немецкие солдаты.

Выстрелы их уже разбудили, в окнах мелькали тени; кто-то громко кричал, пытаясь найти свое оружие.

— Они без автоматов, — на ходу выкрикнул Шубин своему новому союзнику, бородатому партизану. — Их нельзя выпустить из деревни. На дороге может быть подмога!

— Перестрелять их к чертовой матери, — выругался бородач и выпустил длинную автоматную очередь по теням в окнах. В доме еще пронзительнее закричали; на крыльцо вывалился ночной курильщик, всё так же одетый в одни подштанники. Разведчик нажал на спусковой крючок, и Вайсман завертелся волчком у двери, упал на деревянные ступени, истекая кровью из десятка ран.

«Еще один в кустах!» — вспомнил Глеб. В такт его мыслям сухо застрочил автомат из леса. Глеб указал в том направлении:

— Один остался, в лес уходит.

Тот самый любитель поспать стремительно убегал в чащу, отстреливаясь на ходу. Его пули летели мимо, он палил больше для устрашения. Бородач снял с плеча трехлинейку, упал на одно колено и прицелился. Меткая пуля впилась в шею, следующая — в затылок немецкого солдата.