В одно касание

В «Грязном фламинго» стоит дикий шум от разговоров, смеха и музыки, периодически прерываемой звоном бокалов. Вся команда здесь, даже Уорд. Он все еще беседует с моим отцом, но не отрывает глаз от Джордан за стойкой бара.

– Ребят, я возьму небольшой перерыв, – говорит он в микрофон и встречается со мной взглядами. – Но я надеюсь, что пока для вас может поиграть наша подруга Пиппа.

Мои глаза округляются, и все взгляды устремляются на меня. Хейзел ободряюще кивает.

– Да, Пиппа! – кричит один из игроков. А другой пьяный хоккеист воет, как волк.

Мои родители смотрят с недоумением. Они знают, что я выступала на Новый год – все в Силвер-Фоллс в курсе, – но не знают, что я занимаюсь этим на постоянной основе.

Они много лет не видели, как я играю. Мой пульс учащается, а нервы внутри дрожат. Они называют это хобби и до сих пор считают, что я планирую карьеру в маркетинге.

Но если я хочу быть в музыкальной индустрии, я должна играть перед людьми, даже если боюсь.

Я встаю, и все вокруг приветствуют меня громкими криками. Мои родители поражаются такой реакции. Сердце стучит в ушах, и я поднимаюсь на сцену. Я знаю, какую песню буду играть, потому что теперь мне все стало ясно. Когда я писала песню за песней о Джейми, я таким образом признавалась ему в любви. Когда я писала песню о противостоянии чужим ожиданиям, я пыталась вырваться из клетки, где была заперта.

– Привет, – говорю я в микрофон и беру на гитаре аккорд. – Я Пиппа Хартли.

Несколько человек смеются, потому что почти все здесь мои друзья.

Я начинаю песню, и когда смотрю на своих родителей, они слушают с самым пристальным вниманием. На лице мамы играет милая, но печальная улыбка, а папа смотрит на меня, как на игрока НХЛ. У меня в груди тянет. Мама берет папу за руку, и он что-то шепчет ей на ухо. Она кивает и снова улыбается.

Я пою от всего сердца. Я пою о том, что хочу большего, хочу верить в себя, хочу вырваться на свободу и взять жизнь в свои руки. Пою о том, что собираюсь добиться желаемого, потому что не хочу жалеть ни об одном потерянном мгновении. Я не хочу ни секунды тратить на то, что не является моей страстью и предназначением.

Сцена – это место, где я должна быть. Даже если из этого ничего не выйдет. Если даже до конца жизни я обречена петь по забегаловкам.

Джейми смотрит на меня с гордостью, как будто я – всё для него.

Я пою о том, что иногда, возможно, стоит рискнуть, и, когда я заканчиваю, весь бар разражается криками и аплодисментами.

Я возвращаюсь к столу, и у моих родителей нет слов. Они не видели моих выступлений со школы, а тогда я играла только каверы, ничего своего. Я присаживаюсь, и Джейми переводит взгляд с меня на родителей, готовясь вмешаться, если понадобится. Но я качаю головой.