Верни мне себя

 – А ты? Думаешь о чём-нибудь?

– Думаю о вас, – проводит пальцами по моему животу, намекая о ребёнке. – Ты уже знаешь пол?

– Ещё нет. Но, честно, очень хочу дочку, – продолжаю быть с ним откровенной.

Янис молчит какое-то время. Я ощущаю, как меняется ритм его дыхания, становится глубоким и более размеренным. Его пальцы слегка сжимают мою руку, и он тихо произносит:

– И я. Чтобы была такой же красивой рыжеволосой девочкой, как мама, – его слова приятным облаком ложатся на сердце.

– И с зелёными глазами, как у папы, – тихо добавляю я.

Разворачиваюсь к нему лицом и встречаюсь с ним взглядами. Янис расплывается в улыбке, невесомым движением убирает прядь с моего лица и нежно касается моей щеки. Замираю, утопая в глубине его глаз. Я вглядываюсь в их радужки, которые при свете кажутся светлее и переливаются оттенками морской волны. Порочности в них сейчас в стократ меньше, чем ночью, но на стократ больше теплоты. Кажется, между нами устанавливается какая-то иная невидимая связь.

– Я даже уже выбрала несколько имён, если будет девочка, – мечтательно выдаю я.

Вижу в его взгляде неподдельный интерес.

– Диана, Юлиана, Мелина. Мне кажется, эти имена очень красиво сочетаются с фамилией Островская, – улыбаюсь с восхищением. – Диана Островская нравится особенно.

Янис прищуривается и с лёгкой улыбкой замечает:

– Разве у ребёнка не должна быть фамилия отца?

– Ну, когда я выбирала имена, отца не было.

– Теперь есть, – слегка склонив голову, произносит он твёрдо.

Внутри всё окутывается теплом от этой констатации. Прикусываю нижнюю губу и стараюсь осознать, что всё взаправду. Что он реально здесь, рядом, и готов быть частью нашей с малышом жизни…

– Диана Адамиди, Юлиана Адамиди, Мелина Адамиди, – пробую на вкус эти сочетания. – Мне нравится, как звучит Юлиана.

– И впрямь красиво, – соглашается он, легонько поглаживая моё плечо.

– А у тебя есть любимые женские имена? – интересуюсь я, с любопытством разглядывая его лицо.

Теперь оно такое до боли знакомое и родное, что хочется вглядываться в его черты на постоянной основе.

Янис задумывается лишь на мгновение, а после с улыбкой отвечает:

– Амелия… или просто Амели.

– Какое красивое имя. У тебя с ним связаны какие-то воспоминания?

– Нет, не связаны. Услышал его когда-то давно и влюбился.

Его бархатный голос обволакивает и действует на меня успокаивающе, вызывая желание заслушиваться им. Поэтому я не сразу замечаю, что Янис уже не говорит, а молча смотрит мне в глаза, проникая в самую глубь, и оставляет свои отпечатки на каждом миллиметре души.

– Как же я скучал по тебе, – шепчет он и, потянувшись ко мне лицом, соприкасается нашими лбами. – Ты даже не представляешь, как мне не хватало таких моментов.