Вопреки прошлому

 — После развода, когда узнала о беременности… Я звонила тебе, чтобы сказать, но ответила какая-то женщина.

Я смутно помню первые недели после развода, потому что с головой ушёл в работу и сутками пропадал в офисе, только бы отключиться от мыслей о том, что произошло.

— Я не знаю, кто тебе ответил… Может, секретарь. Я практически жил на работе тогда, чтобы не заходить в квартиру, в которой больше не будет тебя! Ты хотя бы понимаешь, каково это? Осознавать, что тебя бросили, не удостоив даже разговора… А потом ещё эти фото… Я посмотрел их… Кто-то грамотно разместил твои снимки в кадре так, что кажется, словно на самом деле отснято из окна противоположного здания. Но после твоей записки я не мог не верить. Я тебе не врал, а ты написала о лжи. Что ещё я мог подумать, Полина?

Она обхватывает себя руками и дрожит, а я не решаюсь обнять, чтобы снова не стать отвергнутым. Рано делать шаги вперёд через пропасть, которая может затянуть в пучину и не оставить шанса на возвращение.

— А что я могла подумать, когда твоя секретарша… Когда она заявилась и… На ней был браслет…

— Этот браслет принадлежит моей матери, — я опускаю голову и со свистом выдыхаю воздух из лёгких. — Она просила починить. Я не врал тебе, когда говорил, что Нинэль в секунду набросилась на меня. Чёрт! Я даже не знаю, кто она такая, но теперь найду и заставлю ответить передо мной!

— Антон, тебе не кажется, что слишком поздно возвращаться к прошлому? Между нами целая вечность обид и недосказанности. Я не знаю, сможем ли мы через всё это переступить…

— Я не планирую возвращаться к прошлому, — холодно отвечаю я, обиженный её мыслями.

Да я и сам пока не решил, что будет дальше, но как раньше точно не получится. Либо нам с Полиной придётся делить внимание ребёнка и встречаться, томительно сгорая от желания прикоснуться друг к другу, либо просто сделать так, чтобы наши отношения стали иными, начать сначала.

— Но я не хочу, чтобы между нами осталась недосказанность и обиды, о которых кто-то из нас будет молчать. У нас общая дочь, Поля. Ради неё следует жертвовать своей гордостью. Скажи мне, почему ты так не доверяла мне? Почему думала, что я смогу изменить той женщине, которую боготворю?

— Потому что я была твоей любовницей, Антон, если ты помнишь! Ты изменял со мной другой женщине, и это была моя самая большая ошибка в жизни — согласиться на такие отношения!

Я открываю рот, чтобы объясниться перед ней и раскрыть все карты, чтобы сказать, что со Светой у нас были пластилиновые отношения ради прессы, что я бросил её уже в тот вечер, когда поймал за локоть девушку с искрящейся улыбкой, но она не даёт мне этого сделать.

— Откровенность за откровенность? — глухо спрашивает Поля.