Возвращение Томаса. Башня-2

Поведение строителей коммунизма напоминает поведение непьющего человека, да еще бегающего по утрам трусцой, среди нашего обычного люда. Во-первых, начинают тыкать пальцем и посмеиваться при виде бегущего человека. Посмеиваться над его диетой, гимнастикой с гантелями. Дурью мается, хочет быть лучше всех!.. Мы ж пьем, по бабам шляемся, плюем на все режимы… И вот начинается: да выпей, да посиди с нами, да полежи, да ты нас не уважаешь… В конце концов и сам идеалист устает от постоянного давления. Наш мир таков, что того, который карабкается наверх, не только не хвалят, но и осуждают.

Над ним смеются, ему ставят палки в колеса. И человек сперва раз-другой делает себе поблажки, за что соседи тут же начинают хвалить, а затем, ко всеобщему ликованию, и вовсе отказывается от здорового образа жизни. И тут же все начинают его любить, поздравлять, кто-то задарма нальет стакан водки… Пей, будь как мы все.

Она смотрела на него недоверчиво.

Он усмехнулся, не ответил. Она вытрясла из кувшина последние капли, взяла пультик и попробовала искать сама. Судя по количеству каналов, этот плоскоэкранный телевизор принимает все телепередачи Земли, а то и с Марса.

Сколько Юлия ни давила на кнопку, означающую «Давай следующий!», на экране с готовностью выскакивала новая картинка, успевала квакнуть нечеловечески, тут же сменялась другой.

Олег, забыв, что он теперь граф Монте-Кристо, принес с подоконника ноутбук, грубо отодвинул посуду, а глаза его уже жадно уставились в экран.

Юлия вздохнула, встала и взяла в руки широкое блюдо, где совсем недавно был, судя по косточкам, огромный гусь. Или лебедь.

– Ты в самом деле собираешься мыть посуду?

– Но ты же сам отпустил прислугу!

– Ну и что? – ответил он рассеянно, пальцы топтали клавиши, а глаза следили за бегущими символами.

 – Поужинаем в красном зале. А это уберут, когда вернутся.

– Из десятидневного отпуска? – удивилась она. – Олег, у тебя как с головой?

Он на миг поднял на нее глаза:

– А, черт, не подумал. Но я ж и не говорил, что я такой умный, верно?

Она пробежала по его могучей фигуре оценивающим взглядом:

– Да, ты больше из тех, кто думает кулаками.

Олег бледно улыбнулся.

Правую щеку начало дергать, он чувствовал, что вот-вот за тиком придет боль, а потом нахлынет слабость, когда он не сможет даже устоять на земле.

– Мне надо поработать, – сказал он, – а ты пока походи по замку. Если хочешь, конечно.

– По замку Синей Бороды? – уточнила она ядовито. – Только скажи, в какую комнату нельзя заглядывать.

– Я учел судьбу несчастного графа. Комнатка с трупами замурована.

– Слава богу, – сказала она.

Он проводил ее коротким взором, а пальцы уже дали команду ввода.