1972

Гениальных ученых тоже не выпускали из Союза – по понятным причинам! Нельзя! Слишком ценны!

Пока власть не сменится, пока Шелепин не сядет на «трон», не поеду. Риск слишком велик. И при Шелепине велик, но с ним хотя бы можно договориться. Разумный мужик. Смотрит в будущее. Хоть и политик.

Почему «хоть»? Потому что редкий политик может быть порядочным человеком. Политик обязательно будет принимать непопулярные решения, при этом заранее сказав, что никаких таких решений он никогда не допустит. Политик руководствуется прагматичностью – и это правильный политик. Тот, который может и берет на себя ответственность за непопулярные решения.

Я прожил достаточно долго и видел всяких политиков – и наших, и зарубежных, но мало о ком могу сказать, что это порядочный человек, всегда держащий свое слово. Надеюсь, Шелепин из порядочных.

Впрочем, убедиться в этом можно только тогда, когда я отправлюсь на родину. Но это не раньше, чем через год. Вот сыграю роль в фильме, и тогда…

Кто-то скажет, что потом будет еще фильм, еще книга, а потом еще и еще… Ну что я могу ответить на эти слова? Будет то, что будет. Но я точно рассчитываю отправиться в Союз через год. Но только после смены власти. Исключительно после смены власти. Как только газеты напишут, что «дорогой Леонид Ильич» отправился на пенсию по состоянию здоровья – так это и будет мне сигналом – звонить в кассу аэропорта и заказывать билет домой.

А пока – только нечастые письма «куда следует» с указанием будущих катастроф и шпионов с маньяками. Теми маньяками, которых не отдал на расправу Аносову. Интересно, скольких гадов он уже порешил? И не поймали ли его? Как он вообще живет?

Я сделал для него две захоронки – положил в каждую по приличной сумме денег. Он знает, где находятся захоронки, – это заранее было обговорено. И если ему понадобятся деньги. (А они понадобятся, в конце-то концов, жить-то ему на что-то надо? А своих сбережений у него не так уж и много. И пенсию получать нельзя – могут арестовать при получении.)

Я умею делать захоронки. Или, официально, «оперативные хранилища». Нас учили такие делать – на случай партизанской войны после ядерного конфликта и зарубежной агрессии. В захоронке обычно заложено оружие, запас патронов, деньги, запакованные в непроницаемую тару продуктовые пайки, одежда, обувь – все, что нужно человеку для того, чтобы сохранить свою жизнь, если он попал в неприятную ситуацию во время выполнения боевого задания. Захоронки обычно «привязываются» к заметным «реперам» – глыба камня, скала, огромное дерево и все такое. Иначе без навигатора найти невозможно. Ну, вот и сделал такие, в одну даже положил тот «марголин» с глушителем, которым я застрелил двух маньяков. Мне он сейчас пока ни к чему, Аносову же может пригодиться.