Адлан

— Возможно, понял бы, если бы знал, что такое чуть не потерять единственного сына, — перед глазами старшего Макарова пронеслась вся его жизнь: маленький Кирилл, которого они так ждали с Олей, его малыш, которого он забирал из роддома… первые шаги, первые улыбки и первые слова… первый велосипед и футбольный матч, первые драки и медали за хорошую учебу… окончание школы и поступление в университет… — Ты поймешь, что это такое только тогда, когда у тебя родится ребенок и ты осознаешь, что отныне твоя жизнь полностью зависит от этого существа. Ты поймешь меня тогда, когда он начнет расти, а ты, наконец, примешь тот факт, что страх никуда не уйдет, и ты всю жизнь будешь оберегать свое чудо и бояться того, что с ним может что — то случиться. А вот когда случиться на самом деле, ты будешь способен на то же самое, на что сейчас способен я.

Воцарилась давящая тишина. Каждый думал о своем: Кирилл о том, что ни за что не оступится от Адлана и будет защищать его до конца, а Влад о том, что как ни прискорбно, но наступает момент, когда дети становятся невозможно далекими от любящих родителей.

— Даже если твои слова правдивы, Кирилл, и ты действительно так поступишь, я от своего не оступлюсь, — это были последние слова Влада перед тем, как покинуть квартиру, некогда подаренную сыном.

В то время он еще надеялся на то, что Кирилл образумиться и в этой квартире он когда-нибудь будет жить с какой-нибудь прекрасной девушкой, которая родит ему детей и подарит свою любовь. Затем пришло понимание того, что сын такой, какой есть и как ни странно, мужчине удалось это принять легче, чем он ожидал. Через какое-то время ему стало совершенно все равно, с кем будет находиться Кирилл, главным для Влада были качества этого самого человека.

Он надеялся, что однажды его сын встретит того, кто будет защищать и любить его, но судьба оказалась эгоистичной особой, распорядившейся его жизнью по — своему. Вся рассудительность Кирилла, его тактичность, понимание, доброта, правильность… все исчезло вместе с появлением в его жизни Османова.

Юноша изменился до невозможности, забросил учебу, стал замкнутым и нелюдимым, позабыл своих друзей, перестал общаться с кем-либо и выходить в свет. От Кирилла прежнего — жизнерадостного, веселого и остроумного осталась лишь жалкая тень, и Владу было больно наблюдать за этим.

Сын утверждал, что это любовь, но на его взгляд, это было чем-то неправильным, каким — то уродливым проявлением любви, если это все же была она. Впрочем, в последнее Влад не верил.

Кирилл в очередной раз проигнорировал звонок мобильного телефона. В последние дни он вообще не брал трубку и отказывался общаться с кем — либо кроме Адлана и его адвоката.