Адлан

Девушка всегда была самой доброй из их семьи и не могла пройти даже мимо проблем чужого человека, что уж брать родных. — А у Руслана только начало все налаживаться, пусть наслаждается…

— А как же ты? — недоуменно протянул Кирилл. — Я понимаю, ты не хочешь говорить родителям, ведь тогда откроется правда о… нас, но брату — то можно сказать? Я думаю, что Руслан не одобрит твоего скрытного отношения, — невозмутимо бросил Макаров, на что Адлан только усмехнулся.

— Не одобрит, — он кивнул. — Но все это неважно… я надеюсь, что выйду отсюда раньше, чем он что-то разнюхает… — Кирилл только кивнул, после чего опустил взгляд и голову. — Что случилось? — тихо произнес Османов, перегибаясь через небольшой стол, что разделял их в пустынной, серой комнате, за которой все время наблюдали.

— Я ушел из дома, — Кирилл поднял взгляд и встретился с расширившимися от удивления темными глазами напротив.

— Ты с ума сошел? Кирилл, я уже говорил тебе, что не одобряю того, что ты перестал общаться с родителями, но это уже перебор, — отрезал мужчина.

— Как ты можешь их защищать? Именно благодаря моему отцу ты здесь!

— Я здесь благодаря тому, что сделал, и твой отец здесь ни при чем. И я уже говорил тебе, что на его месте поступил бы также. Или еще хуже.

— Мне плевать, — безапелляционно заявил Макаров. — Он не имеет права решать мою судьбу. Я всегда был послушным и правильным мальчиком, Адлан! Я ни разу ни в чем не ослушался своих родителей, я всегда был примером для подражания, но это не значит, что я всю жизнь буду таким и буду делать то, что мне велят! Так получилось, что я полюбил именно тебя и мне неважно, что ты там делал, это мой выбор! Они должны его принять!

— Малыш… — Адлан устало вздохнул. — Я понимаю и тебя, и твоего отца. Но я не хочу, чтобы у тебя были проблемы.

— У меня не будет никаких проблем, — нахмурился Макаров. — Мне ничего от них не нужно.

— Где ты сейчас живешь? — проигнорировав сказанное парнем, спросил Адлан.

— Той самой? — усмехнулся Османов, вспоминая бесцеремонную блондинку, как — то раз ворвавшуюся к ним.

— Да, — Кирилл улыбнулся. — Мила хорошая, — Адлан усмехнулся, накрывая рукой сцепленные руки Кирилла, покоившиеся на холодной стали стола.

— Я так понимаю, денег ты тоже больше у родителей брать не собираешься? — Кирилл покачал головой, смешно насупившись. Адлану захотелось рассмеяться и заключить в объятия неугомонного ребенка.

Османов удивлялся способности юноши загадочным образом меняться и каждый раз представать перед ним в разном виде. Изначально Адлан влюбился в скромного, неприхотливого юношу, который, как затем оказалось, может быть и властным, и истеричным, и ревнивым и даже невыносимым.