Акула пера в СССР

Что за мода у этих советских женщин — пшикать в лицо мужчинам духами и всякими одеколонами? Видимо, остальные царапины и синяки особых опасений не вызывали, потому что она, весьма пикантно изогнувшись, полезла в салон машины — прятать аптечку.

— Поехали? — сказала Тася, и вдруг ее язычок пробежался по губам.

У меня перехватило дыхание — да ладно? Я молча сел в машину, на пассажирское сиденье, и смотрел, как она поворачивает ключ в замке зажигания, выжимает сцепление, переключает передачу… Красное платье сбилось, обнажая подвязки телесного цвета чулок и нежную кожу бедра, и я почувствовал, что теряю голову.

В какой-то момент Тася направила автомобиль в глухой проулок, заглушила мотор и сказала:

— Нет, я так больше не могу, — и подалась всем телом ко мне. — Ну где ты?..

Кто там сказал, что в СССР секса не было? Тогда какого черта в «Волгах» так классно раскладываются сиденья?

в которой случаются неожиданные находки

Никогда не относился к близости просто. Наверное, есть люди, для которых секс — это что-то вроде массажа или мастурбации друг об друга. По крайней мере, кинематограф и массовое искусство конца двадцатого — начала двадцать первого века именно такой нарратив и транслировало, старательно убеждая юношей и девушек быть проще, раскрепоститься, наслаждаться друг другом… Может быть, у кого-то и получалось, черт его знает. У меня — нет. Связь — это связь. Люди, которые пили вместе — уже связаны. Которые работали рука об руку, дрались плечом к плечу (или глаза в глаза) — тоже связаны.

Это каким уровнем эмоциональной тупости нужно обладать, чтобы провести ночь с женщиной и дальше жить своей жизнью, как будто ничего и не было? Об обычной рассудительности и говорить не приходится. Собутыльник уже как бы имеет моральное право одолжить рубль до получки — вместе ж пили! Побитый — может подкараулить в подворотне с кирпичом в руках. Как в таком случае можно надеяться, что связь гораздо более яркая и эмоциональная никак не аукнется в будущем? Тем более если женщина — восхитительная, если всё было так классно…

В общем, с утра пораньше в воскресенье я напялил кеды, выпил колодезной водички и на голодный желудок пошел рефлексировать. По телу разливалась легкая, приятная ломота — ну, вы понимаете. Но на душе было пасмурно. Тяжело быть вдумчивым и рефлексирующим. Был бы я как Сапун — простой и прямой, так горя бы не знал!

Где лучше всего предаваться тяжким думам о горькой судьбе своей? Для меня ответ был очевидным — в церкви. Где найти церковь в СССР? Вопрос свирепый.

Минут за тридцать я добрался из Слободки до центра Дубровицы, миновал злосчастные Дом культуры и Дом быта, прошел мимо почты и «Детского мира», полюбовался на рисованную рекламу кинотеатра «Беларусь».