Барышня и хулиган

Он поднялся и обреченно сказал:

— Слушаю… — Их разговор с Эммой Станиславовной был долгим и эмоциональным, а еще через полчаса она лично пожаловала к нам, правда, испросив на это Мишкино согласие.

Лишь только она появилась в доме, как мне стало ясно: городская милиция уже поднята по тревоге, а вчерашний сонный лейтенант успел лишиться погон. Лицо Эммы Станиславовны пылало таким гневом и такой решимостью, что я на всякий случай удалилась из гостиной под предлогом необходимости привести себя в порядок. Когда я вернулась, Дружинина сидела в кресле и горько плакала, а Мишка с потерянным видом стоял рядом, держа в руках стакан с водой.

— Илья Петрович еще не вернулся? — рискнула я задать вопрос. Шальнов покачал головой и вздохнул. Пока я отсутствовала, Мишка дал подробный отчет Дружининой о событиях прошедшей ночи. О том, чем занимался вчера Илья Петрович и с кем мог встречаться, Эмма не имела понятия, так как уезжала по делам в Москву и вернулась лишь сегодня. Домработница сообщила ей о звонках, и она обратилась в милицию за разъяснениями, там ее еще больше запутали, и тогда она явилась к нам.

— А у Ильи Петровича был сотовый? — снова задала я вопрос, когда мы понемногу во всем разобрались. Дело в том, что звонок Ильи из бара меня почему-то беспокоил, хотя толково объяснить причину беспокойства я бы ни в жизнь не смогла.

— Конечно, — удивилась Эмма и тут же нахмурилась:

— Но он где-то потерял трубку. Позавчера, по-моему. Илья еще очень расстроился.

— То есть вчера у него сотового не было?

— Это можно узнать, — заявила она. Мишка протянул ей телефон, Эмма кашлянула, немного успокоилась и позвонила. — Номер отключен, — сообщила она. — Объясните, какое это имеет значение?

— По крайней мере, ясно, почему он звонил из кафе, — вздохнула я. — Он ехал к нам, заметил «Опель», испугался, завернул в кафе и оттуда позвонил. Жаль, что мы не успели вовремя, бармен сказал, за десять минут до нашего прихода в бар вошли двое парней, видимо, они увели Илью с собой.

— И он не пытался сопротивляться, позвать на помощь?

— У них наверняка было оружие.

— Что же теперь делать? — беспомощно спросила Эмма Станиславовна, а я пожала плечами. — Вы утверждаете, он говорил о каком-то убийстве? — задала она очередной вопрос.

— Да, он имел в виду Юрия Павловича, то есть он считал, что его скорее всего убили, и Илья будто бы знает, кто убийца, точнее, догадывается.

— Но вы-то здесь при чем? Почему он обратился к вам, а не в милицию?

Мы с Мишкой переглянулись и дружно вздохнули.

— Должно быть, из-за того разговора, помните? Когда вы приехали сюда вместе с ним. Он считал, что мы продолжаем подозревать его, и хотел оправдаться.