Бьянка, благочестивая невеста

 — Неужели ты сам никогда не влюблялся, если задаешь такие вопросы? Впрочем, мужчины редко признаются в нежных чувствах: боятся показаться слабыми.

— Честно говоря, не понимаю, что для тебя означает эта всепоглощающая любовь, — пожал плечами Марко. — У меня есть хорошая жена, есть ребенок. Они мне дороги, но ведь в жизни существуют и другие дела, требующие внимания. На такую любовь, о которой говоришь ты, попросту не хватает времени. — В эту минуту молодой человек выглядел озадаченным и словами сестры, и ее настроением.

— В таком случае, зачем ты тратил силы и время на поиски меня и на дорогу сюда? — прямо спросила Азура.

— Для того, чтобы забрать тебя домой… если потребуется.

— Ах, брат, до чего же ты наивен! Я вовсе не собираюсь возвращаться, а если бы даже очень хотела это сделать, обратный путь все равно закрыт. Единственное место на родине, где меня могли бы принять, — это монастырь: добрые монашки, конечно, приютили бы беглянку, однако без устали порицали бы за распутное поведение. Остаток жизни пришлось бы провести в непрестанных молитвах и неутешном раскаянии. У меня немало грехов, но любовь к Амиру среди них не значится.

Не хочу, чтобы ты уехал, не поняв, что выбор принадлежит мне, и только мне. Я сама решила свою судьбу и ни о чем не жалею. Ни о едином дне! История очень простая: мужчина и женщина полюбили друг друга и захотели быть вместе, несмотря на препятствия, воздвигнутые другими людьми и враждебными обстоятельствами. Они преодолели все трудности и заслуженно обрели гармонию и счастье.

— Неужели совсем не скучаешь по прежней жизни? — недоверчиво уточнил Марко.

— Моя прежняя жизнь ничем не отличается от нынешней. Во Флоренции и даже в Венеции замужняя женщина сидит взаперти — якобы ради безопасности. Из дома ей удается выходить очень редко. В Турции замужняя женщина точно так же сидит взаперти — по той же причине. Я веду хозяйство и распоряжаюсь слугами, хотя делаю это вместе с другими женами. Тем же самым я занималась бы во Флоренции или Венеции. И воспитывать своего ребенка буду не иначе, чем в любом другом месте на земле, а когда сын или дочь вырастет, позабочусь о достойном браке. Когда умру, меня похоронят. Как видишь, жизнь остается неизменной, где бы она ни протекала.

— Но здесь у тебя нет семьи, — осуждающе возразил Марко.

— Наша матушка мечтает о грандиозном замужестве для трех моих сестер. Ты и сам прекрасно знаешь, что ради удовлетворения ее амбиций девочкам придется покинуть Флоренцию. Дочь богатого флорентийского купца — желанный подарок, особенно для аристократов, вечно нуждающихся в деньгах. Можешь не сомневаться: уж кто-кто, а матушка сумеет выбрать самых титулованных женихов. Девочки выйдут замуж, уедут и окажутся в том же положении, что и я.