Что скрывал покойник

С большей части стен на первом этаже краска и обои были сняты, и перед зрителями раскинулась живая и кипучая география и история Трех Сосен. Давно исчезнувшие кугуары и рыси, мальчишки, отправляющиеся на Великую войну и попавшие прямо на скромное витражное стекло церкви Святого Томаса, увековечившее павших. Здесь была и марихуана, растущая во дворе полицейского участка в Уильямсбурге, и довольная кошка, сидящая на подоконнике и наблюдающая ее безудержный рост.

Первым делом, конечно, Клара отыскала на стене себя. Ее лицо выглядывало из-за кустов старых садовых роз, тогда как Питер присел на корточки за благородной статуей Бена в шортах, стоящего на лужайке дома своей матери. Питер был одет в костюм Робина Гуда, вооруженный луком и стрелой, в то время как Бен, гордый и сильный, возвышался над ним, глядя на дом. Клара подошла поближе к стене, чтобы рассмотреть, не нарисовала ли Джейн змей, выползающих из старого дома Хедли, но ничего не увидела. Наверное, их не было.

Дом наполнялся смехом, вскриками и приветственными воплями. Иногда человек бывал тронут до слез, объяснить которые не мог. Гамаш и Бювуар обводили взглядами комнату, наблюдая и прислушиваясь.

— …но больше всего меня поражает в рисунках их какая-то светлая радость, — говорила Кларе Мирна. — Даже в смертях, несчастных случаях, похоронах, неурожаях, даже в них чувствуется торжество жизни. Она заставляет их выглядеть естественными.

— Эй ты, — окликнула Клара Бена, который с готовностью устремился к ней. — Взгляни на себя.

Она махнула рукой в сторону изображения на стене.

— Очень смелый. — Он улыбнулся. — Прямо-таки чеканный герой.

Гамаш перевел взгляд на образ Бена на стене, такой, каким его видела Джейн, — сильный мужчина, но он смотрит на дом своих родителей. Уже не в первый раз ему пришла в голову мысль, что смерть Тиммер Хедли оказалась очень своевременной для ее сына. Он наконец получил возможность оторваться от ее юбки, выйти из тени. Заслуживал внимания и тот факт, что Питер как раз и был изображен в тени. В тени не кого-нибудь, а Бена. Гамаш задумался о том, что бы это могло значить. Он начал понимать, что дом Джейн был чем-то вроде ключа к общине. Джейн Нил была очень наблюдательной женщиной.

В этот момент, на ходу приветливо кивнув старшему инспектору, в гостиную вошла Элис Джейкоб.

Взгляд ее переместился с него на стену позади. Затем она развернулась на месте, чтобы увидеть стену позади себя.

И она широким жестом обвела комнату, включив в него и Гамаша, причем с таким видом, словно она первая обнаружила рисунки на стенах. Старший инспектор молча улыбался, ожидая, пока Элис придет в себя.

— Вы принесли ее? — спросил он, не будучи, впрочем, уверен в том, что она его слышит.

Гамаш был терпеливым человеком и дал ей время прийти в себя.