Дикие гуси

 — Только вот в Туапсе съезжу… — пора было приводить в действие заготовленный с вечера план.

— Что такое? — засуетился он, — Продуктов, наверное, подкупить?

— Да нет, — отвечаю эдак небрежно, — вчера вечером позвонили прямо в номер — тетка моя померла!

— Ох ты ж, какое горе! — вроде посмурнел он и тут же догадался. — А ваша тетка жила в Туапсе…

— А моя тетка жила в Израиле! — продолжил я. — А так как мне накладно ехать туда на поминки, ее адвокат перевел положенную мне по завещанию сумму прямиком в Россию, на мой текущий счет в Сбербанке — у меня там где-то около тридцати тысяч завалялось!.

. А я попросил часть этой суммы перевести на Туапсинский банк не век же мне гулять по пляжу в этой срамоте! — показал на штаны и рубашку х/б.

— И много этого… в завещании? — еле выдавил он из себя.

— Да где-то больше двух, но меньше трех миллионов! — не переборщить бы!

— Рублей? — ахнул он.

— Шекелей! — небрежно поправил его я.

— А это сколько к рублю?

— К рублю шекель не переводится! — терпеливо объясняю этому чалдону, — Он переводится в доллары: на доллар три шекеля!

Константин Степанович зашлепал губами, про себя подсчитывая.

— Мамочки! — снова ахнул он. — Это ж, без малого, миллион долларов!

— Да, где-то около этого! — подтвердил я, — Ну ладно, погнали: вы — на пляж, я — за деньгами!

— Юрик, может вас сопроводить? — теперь он был — сама забота.

— Не стоит! Ваше время отнимать, да и женщин больных оставить без присмотра… — и, не дожидаясь ответа, я рванул на трассу вниз по склону горы.

У меня оставались еще деньги — на вторую часть плана. В Туапсе я приобрел себе шикарные шорты «Made in…», козырный батник, очки-хамелеоны и отличную бейсболку, а свои колхозные обновки сунул в первую попавшуюся урну.

Так что на пляж Небуга заявился таким козырным тузом, что загоравшая на махровом полотенце Ирочка вскочила, забыв защелкнуть бретельки лифчика, которые мешали загару на спине, и стояла передо мной с великолепной обнаженной грудью, хлопая кукольными глазами.

— Привет! — поздоровался я, — Уже выздоровела?

— Ну как, получили? — подскочил ко мне Константин Степанович.

— Нон проблем, как говорят французы! А этим обмоем наследство! — я достал из пластикового пакета две бутылки «Мадам Клико».

— Шампанское! — захлопала в ладоши Ирочка, не забыв нацепить лифчик.

— Да, но пить его без мороженого — преступление! — улыбнулся я. — Константин Степанович, я думаю, вы не откажетесь отпустить своего секретаря со мной за несколькими порциями? А жена ваша пусть купается!

Нина Павловна плескалась там же — у берега.

И третья часть моего плана сработала на все сто: со мной отпустили Ирочку — мое будущее алиби.