Дикие гуси

Работают исключительно почти по коммерческой части, а насчет принципов и идеалов ты бы, Лось, заткнулся лучше: хоть и строят твои земляки христианские храмы на моей Родине — оружие и наркотики тоже они завозят, и в немалом количестве. А попробуй их тронь, тут же начинают на весь мир вопить о геноциде!

— Ах ты козел! — взревел Лось, поднимая свою полуторацентнеровую тушу с койки. — Да я таких идеалистов на зоне враз «петухами» делал! Хочешь потерять невинность сейчас или подождешь, пока клешня заживет? — угрожающе шагнул он в направлении Грунского.

— Ты о своем здоровье побеспокойся! — мрачно посоветовал ему Олег, он был уже на ногах. — Харя вон давно на поросячий зад смахивает — того и гляди скоро треснет. Думаешь — не вижу, куда «сливки» с кухни уходят? Тебе и твоим «шестеркам»! Что ж ты, Лось, своих земляков на жратве накалываешь? — Олег нарочно дразнил, «заводил» рецидивиста, и это ему с успехом удалось.

Обширная рожа Лося аж посинела от бешенства, он-то думал, что все операции по доставке лучших продуктов из больничной столовой в обмен на «планчик» проворачиваются втихаря. А этот русак… Ну что же, он сам напросился.

— А ну пошли выйдем! — Лось двинул к выходу из палаты. Олег шагнул за ним.

— Ребята, не нужно! — забеспокоился учитель из Гориса. — Ну, пусть правительства между собой не поладили, а вам-то что делить? Едите из одной посуды…

— А ну, заглохни, профессор недоделанный! — мгновенно обернулся Лось, приставил к горлу учителя неизвестно откуда появившуюся в его руке финку, — Мало, что тебя снизу укоротили, я могу запросто и сверху такую же операцию проделать! Жрем мы, может быть, из одного котла, но разное варево. И то, что хаваю я, этому пидору в жизни не перепадет! Потому что закон выживания гласит: лучшее — сильному, а остатки — остальным!

Вы с ним, — кивнул он на Олега, — относитесь ко второй категории, поэтому и будете жрать дерьмо. Будете, будете, потому что полковник из Минобороны неизвестно когда теперь приедет с повторной проверкой, а я — вот он, здесь, на месте. И долго еще здесь буду, потому что в больнице мне понравилось больше, чем на передовой. Питательно и спокойно. Понял, гнида?

Лось чуть дернул лезвие финки на себя, и на горле учителя появилась тоненькая красная полоска, на которой стали набухать бусинки — капельки крови. Учитель, вытянувшись на кровати как струна, лишь молча закрыл глаза.

— Ты, хряк! — позвал Лося Олег.

Тот молниеносно обернулся в его сторону с выставленным ножом, и Грунский с удовольствием, от всей души вмазал по его запястью ребром ступни здоровой ноги — раненой пока еще опасался бить. Финка мягко стукнулась о стенку и закатилась куда-то под кровать учителя, а Лось затряс рукой.

— А теперь пошли! — указал на выход Олег.