Хаски и его Учитель Белый Кот, Том II

— Я люблю тебя, и это не та любовь, что испытывает ученик к своему учителю. Да... да, я дерзкий и наглый, но я... я люблю тебя.

Чу Ваньнин закрыл глаза. Согретые влажным теплом чужой ладони пальцы постепенно перестали дрожать.

Разве такое могло с ним случиться?

Это ведь невозможно?...

Должно быть, он просто ослышался. Он ведь такой некрасивый, жестокий, косноязычный, занудный, ни на что не годный дурак. Кто захочет полюбить его?

— Я люблю тебя."

"Чу Ваньнин был настолько ошеломлен, что не знал, что сказать. Его разум был так потрясен случившимся, что все слова просто вылетели у него из головы.

В этот момент он мог чувствовать только едкую горечь и панический страх. Он понимал, что сейчас правильнее всего было бы как обычно раздраженно взмахнуть рукавом и сказать «какая чушь» или «дурацкая шутка», но ни одно из этих слов так и не сорвалось с его губ.

После долгого молчания, все еще не пришедший в себя Чу Ваньнин бездумно хрипло пробормотал:

— ...У меня дурной характер.

— Ты очень добр ко мне.

— Я... я старше тебя.

— Но выглядишь моложе.

Взволнованный Чу Ваньнин от ощущения собственной беспомощности и убогости совсем пал духом:

— Я такой уродливый.

..

На этот раз настала очередь Мо Жаня остолбенеть от изумления. Широко открытыми глазами он уставился на невероятного мужчину перед собой. У него в голове не умещалось, как такой красивый человек может стыдиться себя?

Заметив, что он не проронил ни слова, Чу Ваньнин окончательно сник и, опустив голову, тихо сказал:

— Я некрасивый.

— ...

— Не так хорош собой, как ты.

Пока он бормотал эти слова себе под нос, внезапно его щеки ласково коснулась теплая ладонь Мо Жаня, а потом он услышал его тихий вздох, что был мягче, чем свет луны этой ночью:

— Можешь заглянуть мне в глаза?

— Тебе в глаза?.

.

Когда в его теплых и влажных глазах отразился человек в белых одеждах, Мо Жань спросил:

— Ты видишь? Это самый красивый человек в мире.

Чу Ваньнин пристально посмотрел на него. Хотя сейчас в его в сердце бушевал шторм, на застывшем лице не отразилось никаких эмоций.

Рука Мо Жаня, державшая его ладонь, стала влажной от пота, но он все равно тихо повторил:

— Я тебя люблю.

Чу Ваньнин выглядел так, словно его ударили ножом. Его пальцы задрожали, и он поспешно опустил голову.

Когда это «я тебя люблю» острым клинком вонзилось в его сердце, так долго сдерживаемые желания, словно горячая кровь, окончательно вырвались из-под контроля. Глаза Чу Ваньнина покраснели от волнения. Он столько времени мечтал об этом признании, но оказался совершенно не готов к нему и теперь не знал, как реагировать и что сказать. Почти плача от волнения и переполнявших его чувств, он выдавил:

— Я скверный человек. Меня не... меня никто никогда не любил.

Меня никогда никто не любил.