Движение к цели

— Отдай собаку, — раздаётся позади Киргиза тихий и тоже довольно убедительный голос. Это голос Цвета.

Киргиз ничего не отвечает и, постояв несколько секунд, а потом смачно сплюнув мне под ноги, скрывается в глубине двора. Я слышу рычание, срывающееся на визг и моё сердце закипает. Практически тут же снова появляется Киргиз. Он тащит на верёвке упирающегося, с силой дёргающего головой, рычащего и визжащего Раджа.

Вот сука! Кабзда тебе, поганец. Обещаю!

Он протягивает руку, передавая мне верёвку и на мгновенье теряет внимание. Раджу этого оказывается достаточно, чтобы резко дёрнуть головой и сомкнуть медвежий капкан зубов на его голени.

Киргиз даже взвыть не успевает, как пёс размыкает челюсти и тут же вгрызается в мякоть икроножной мышцы. Он делает один за другим три молниеносных укуса и, когда, всё-таки начавший орать, Киргиз падает на снег, бросается к его горлу.

— Радж! Фу! — кричу я, опасаясь, что в пылу атаки он будет неспособен реагировать на команду.

Но, услышав мой голос, он неохотно бросает окровавленную и вяло пытающуюся отбиваться жертву. Поворачивает голову и отрывисто втянув воздух, кидается ко мне. Иди, иди сюда, мой хороший, ах ты ж мой крокодил, кровавый монстроза, ну, отомстил? Отомстил этому гомосеку? Так ему и надо уроду! Так ему и надо!

Я приседаю перед ним, а он засовывает морду мне под мышку и балансируя между лаем и поскуливанием совершенно по-человечески ворчит, жалуясь на свою судьбинушку и на чёрную полосу, которую неожиданно и абсолютно незаслуженно нарисовала ему жизнь. А потом мы едем домой. Пёс сидит у меня в ногах и лижет мой разбитый кулак. Ничего, до свадьбы заживёт.

Между уроками и бюро горкома у меня имеется окно. Вернее уже не окно, потому что на это время у меня появился план. Я иду в «Динамо» знакомиться со Скачковым, тренером из военного училища. Специальной формы у меня нет, но думаю, на сегодня сойдут и обычные трикушки с футболкой.

— Здравствуйте, Виталий Тимурович. Я Брагин, — представляюсь я. — С вами мой отец разговаривал.

— Разговаривал-разговаривал, — бурчит он и критически меня осматривает.

Кажется, он остаётся не слишком довольным, тем что видит.

— Что с рукой? — указывает тренер на перебинтованную правую кисть.

Мама постаралась и превратила мою руку в настоящую колотушку, намотав не меньше двух мотков бинта. С такой палицей можно смело на Соловья-разбойника идти.

— Ерунда, — задорно отвечаю я, — бандитская пуля.

— Шутник что ли? — недовольно спрашивает он. — Видали, ребята? Шутник пожаловал. И что, соперника побасёнками будешь побеждать?

Ребята — это человек десять крепких парней в шортах, курках с поясами и борцовках. Они разминаются перед тренировкой и весело гогочут над словами тренера, выказывая ему безоговорочное одобрение.