Её двойная тайна (СИ)

Выйдя из палаты, я отправляюсь на поиски нужного кабинета. И как только я подхожу к двери, тут же начинаю понимать, почему ко мне здесь так относились.

«Белинский Аркадий Николаевич — главный врач». Да он же отец Романа Аркадьевича. Вот пазл и сошёлся. Не в доброте душевной тут дело. Исправляет папочка проделки сыночка.

— Разрешите, — постучав, осторожно приоткрываю дверь.

— Да, Марина Владимировна, проходите, — доктор мне дружелюбно улыбается. — Вот ваши документы на выписку, — он протягивает мне документы в папке. — Берегите себя.

— Да я-то берегу, только вот лихачи на дорогах об этом не знают, — зачем-то острю я, хотя доктор, по сути, ни в чём не виноват.

— Если вы про Рому, то я тоже не разделяю его увлечение быстрой ездой, — идёт на диалог доктор, — вы же уже догадались, что он мой сын. Рома уже не раз обжигался на страсти к быстрой езде, сильно обжигался, но так ничего и не понял. А вам Марина Владимировна за мальчика того спасибо, спасли вы моего сына от греха большого. Берегите себя! — ещё раз повторил он.

В словах Аркадия Николаевича я услышала нотки искренности и сожаления. Действительно, он ни в чём не виноват. Как дети не должны расплачиваться за ошибки родителей, так и родители не должны расплачиваться за ошибки детей.

— Спасибо, — искренне благодарю, его я и выхожу из кабинета.

Ещё когда я собирала вещи в палате, на улице светило яркое солнце, а сейчас, когда мне нужно добираться домой, на улице начался сильный дождь.

— Так, и как же мне теперь быть? — я пытаюсь оценить ситуацию и понять, что мне делать дальше, потому что зонтика у меня с собой нет. А значит нужно вызывать такси, не хватало мне ещё теперь простудиться под проливным дождём.

Но тут как в сказке на горизонте появляется… Роман Белинский, собственной персоной, с зонтом в руках. Улыбаясь своей идеально-белоснежной улыбкой, он направляется ко мне.

— Здравствуйте, Марина Владимировна, — приветствует он меня, подойдя ко мне вплотную и укрыв меня зонтом. — Позвольте мне отвезти вас домой.

— Здравствуйте, — приветствую его я, и хоть ещё несколько дней назад я надеялась, что больше его не увижу, сегодня рада его появлению. — Буду вам очень благодарна! — стараясь не показать радости от его присутствия, как можно безразличнее отвечаю я.

— Что ж, тогда позвольте, — Роман вручает мне зонт, а сам ловко подхватывает меня на руки и несёт к машине.

Похоже, носить меня на руках начинает входить в его привычку.

Роман аккуратно усаживает меня на сиденье, закрывает дверь, а затем садится за руль сам.

— Это вам, — он достаёт с заднего сиденья огромный букет ромашек.

Ничего себе, романтик, то хризантемы, то розы. Теперь вот ромашки. Хотя признаюсь, чертовски приятно получать цветы.