Эволюция «Андромеды»

На ярко освещенных изображениях виднелась странная, покрытая блестящими шестиугольниками поверхность. Вид этой нити напоминал чешуйки дракона, и она свисала из пролома, как торчащий язык.

Даже с расстояния было ясно, что рост ленты был постоянным. Ее передний край светился, подобно раскаленным тлеющим углям. Закрепленная где-то внутри модуля, нить тянулась следом за МКС, точно заброшенная в поток реки леска удочки.

Поверхность ленты ярко сияла. Вероятно, причиной подобного блеска послужили беспризорные молекулы обломков и атмосферы, которые жадно поглощались новым «хвостом» МКС.

Хотя пугающее зрелище предстало во всей красе перед глазами экипажа, сотни наблюдающих с Земли астрономов – как профессионалов, так и любителей – ничего не увидели. Со своей стороны НАСА запросила мнение нескольких агентств орбитальной безопасности. Им удалось разглядеть тянущуюся от космической станции к Земле металлическую ленту – тонкую, как бритва, и блестящую в свете солнечных лучей. Через день постоянного ускорения стало ясно, что МКС отдалилась почти на двадцать тысяч миль – к геосинхронной орбите.

Но больше всего насторожило явление, которое осталось невидимым для любопытных глаз.

Восстановленные снимки продемонстрировали наличие светящегося фиолетового пятна на лабораторном модуле «Лесной пожар». Инкрустация неуклонно расширялась, только теперь уже не шестиугольниками, а пульсирующими змееподобными усиками. Пятно размером с обеденную тарелку вспыхнуло сначала зеленым, а затем фиолетовым, после чего начало распространяться по корпусу, напоминая взрыв сверхновой звезды.

Из всех способов, которыми можно себя ограничить, самоопределение – это наимощнейшая мера.

Оставшиеся в живых, но измотанные и утратившие всякую надежду, члены полевой команды «Лесной пожар» прятались в темноте в глубинах аномалии. Совсем недавно им пришлось стать невольными свидетелями смерти двух коллег. Запасы еды, как и рюкзак Стоуна, потерялись, а последний оставшийся дрон лежал на земле без признаков жизни – заряда больше не осталось. Дрожащие и насквозь промокшие, Стоун и Ведала сидели спиной к спине, прислонившись друг к другу; Тупа тем временем свернулся на коленях Стоуна. Постепенно тепло их тел начало подсушивать одежду.

Должно быть, единственное, что могло успокаивать в кромешной темноте, – это соприкосновение друг с другом.

В последующих заметках о пятидневной экспедиции упоминалось, что ровный и твердый пол, созданный из того же материала, что и остальная часть конструкции, – это единственное, что команда могла различить. Пальцы нащупывали выгравированные на поверхности нечеткие следы шестиугольников.