Филькина круча

Видения были настолько яркими и явственными, что отец Алексий даже нашел время в своем насыщенном графике и тщательно просмотрел всевозможные архивы и метрические книги. Информации о том, что Филимона убили, он не нашел, зато выяснил, что 20 января 1918 года в лесу, рядом с избой врачевателя Филимона, были найдены тела двух красноармейцев: комиссара Рябова и сержанта Коткова. Сам же знахарь пропал, и никто с тех пор его никогда не видел. Жертвенный алтарь на Филькиной круче сносить побоялись, так как никто не хотел накликать на себя беду, касаясь места, где когда-то делались заговоры и другие безбожные вещи.

Старик обычно являлся отцу Алексию в минуты особенной тишины его души и вновь и вновь убеждал его полюбить свой дар. Дар лечить хвори у братьев и сестер не только молитвами и упованием на милость Божию, но и собственными руками. Энергии, тепло, вибрации и, главное, сами явления в его голове образа Филимона Жарова – все это было для отца Алексия от лукавого, он хотел стать лучшим, любимым сыном Господа через святую молитву и любовь к Богу, но никак не посредством непонятных ему, нечистых дел.

Отец отмахнулся от видения, как от назойливой мухи, и снова помолился Господу об успокоении души убиенного, старательно оставаясь в добром расположении духа и не скатываясь в раздражение.

Когда самовар вскипел, сели за стол. Помянули невинно погибших при взрыве бытового газа в доме на Коммунистической улице скромной пищей, без изысков и спиртных напитков, но с теплыми, полными любви воспоминаниями. А потом все как-то разом замолчали, и не было ни одного среди собравшихся, в чьих глазах бы не плескалось изменение, не был бы виден переворот, новый объем понимания сложности мира и хрупкости человеческой жизни.

Отец Алексий отхлебнул горячего травяного чая, заботливо заваренного Инной Карловной, матерью Кольцова и директрисой школы, где почти все из присутствующих учились, и подумал, как же это, однако, непросто вышло, что великая беда объединила таких разных людей. Смерть дает понять и осознать ценность жизни.

Смерть дает толчок, импульс для зарождения нового. Смерть освобождает место новому, но новое рано или поздно приходит к смерти. Но пока она не наступила, нужно со всею возможною неистовостью выбирать жизнь. Что и сделали чуть не погибшие от алкогольного змия чета Пахомовых, и Бог был с ними. Не управлял ими, как кукловод, а бережно указывал на то, как может быть, и давал возможность выбрать. Или отец и сын, которые, побывав в лапах смерти, наконец увидели друг друга.