И в болезни, и в здравии, и на подоконнике

А ты уверен, что эти лекарства безопасные? Не хочу всякую дрянь жрать, как подопытный кролик.

- Совершенно. Мне помогло.

- У тебя что, тоже что-то болит? – удивился Деккер. – Вроде же нормально все было.

- Нет, не болит. У меня другое. Проблемы с… с пищеварением, - неуклюже выкрутился Стэн.

Говорить о перепадах настроения он не хотел. Деккер, конечно, выслушает, но не поймет. Из всех лекарств он признавал только анальгетики, таблетки от поноса и от давления. Никаких психотропов, никаких успокоительных, никакого снотворного. Если у мужика есть проблема, он решает ее не таблетками, а действиями – таков был девиз Деккера.

И что самое поганое, Стэн был с ним полностью согласен. Если ты переживаешь из-за проблемы – так пойди и устрани ее, блядь!

Вот только эта проблема не устранялась. Дерьмо, угнездившееся в голове Стэна, не собиралось никуда уходить. Интересно, когда все это началось? В армии? После смерти мамы? Когда Стэн вернулся домой – не герой, а ничтожество: человек без образования, без денег и без перспектив?

Дерьмо просачивалось в его жизнь незаметно, по капле, и вскоре заполнило все до краев.

А Стэн этого не замечал – как та лягушка, которая плавала в кастрюле с нагревающейся водой до тех пор, пока не сварилась. Когда ситуация ухудшается постепенно, эти ухудшения становятся частью жизни, такой же неотъемлемой, как рассвет или закат.

А потом Делла принесла бальзам. И вдруг оказалось, что в жизни масса невероятных вещей: интересных, смешных и восхитительно-опасных. Когда Стэн забыл выпить лекарство, когда вернулись усталое равнодушие, разочарование и злость – это было как прыжок в прорубь. Охуительный, мать его, контраст.

Стэн не хотел так жить. И не хотел портить жизни тем, кто рядом: ни отцу, ни Делле, ни даже долбанному Манкелю. И плевать, что там должен или не должен мужик. Плевать, что лекарства – для слабаков. На все плевать. Стэн не полезет в это дерьмо еще раз ни за какие деньги. Даже если бальзам придется литрами жрать.

- Что? – Стэн удивленно посмотрел на пустую бутылку в руках. – Да, давай.

Деккер принес два пива и тяжело, с кряхтением опустился в кресло.

- Держи. Пойдешь на митинг в субботу?

- Что за митинг? – откупорил бутылку Стэн.

- Клинт Мур, кандидат в сенаторы. Этот еврейский ублюдок опять продвигает закон о запрете оружия. Мы должны выступить и сказать «нет»! Таких хитрожопых засранцев, как Мур, все больше и больше. Они не просто забирают оружие. Они превращают американцев в тупое блеющее стадо, которое идет туда, куда укажет пастух. Если дать еврейским политическим проституткам власть, мы все станем баранами, которых или стригут, или режут! – увлекшийся Деккер размахивал бутылкой так энергично, что пиво выплескивалось на пол.