И в болезни, и в здравии, и на подоконнике

Сфинкс прыгнул. Черное пламя обрезало ему ступни на задних лапах и хвост, но кошка перемахнула преграду, упала на землю и стремительным змеиным движением скользнула вперед. Все, что успела Делла – оборвать заклинание, уничтожая голодное пламя. А потом когтистая лапа ударила ее в грудь, опрокинула и подмяла.

Боли не было, только тяжесть и чувство невыносимого, разрывающего давления. Что-то захрустело, и Делла поняла, что это ребра, по коже побежало горячее, быстрое, щекотное – кровь. Грохнул выстрел, еще один, и еще, и еще. Тяжеленная туша, навалившаяся на Деллу, вздрогнула и поползла набок, в траву.

Делла обернулась. Сфинкс смотрел на нее прозрачными немигающими глазами цвета янтаря. Вместо лба у него было месиво из крови, костей и вязкой, студенисто-белой массы.

- Ух ты! Мозги сфинкса! – оповестила Делла вселенную и счастливо улыбнулась.

А потом начался пиздец.

Сначала на Деллу налетели стражи, набрасывая кровеостанавливающие, противошоковые, стабилизирующие и еще какие-то неебически важные заклинания. Вслед за стражами, закрывая небо, над Деллой навис Петер и заорал так, как сфинкс не орал. Он обещал оторвать голову, выдернуть ноги, руки, убить нахер и самолично выебать – в любой из возможных последовательностей.

- Сто двадцать, - подсчитала количество комбинаций Делла. – Солнышко, ты же вусмерть затрахаешься.

А потом появился Стэн. Он упал на колени, со свистом хватая воздух, – и Делла, взглянув на перекошенное лицо, испугалась. Впервые за этот день. Стэн был серым. Совершенно. Как покойник. Он часто-часто, как поломанная кукла, моргал, пытался что-то сказать трясущимися, прыгающими губами – но только беззвучно разевал рот.

Стэн выглядел как человек, которого накроет инсульт. Прямо здесь и сейчас.

Делла пошевелилась, нащупала его ладонь – Стэна трясло, как в лихорадке.

- Все хорошо, - улыбнулась она и стиснула жесткую, холодную руку. Сказанного было недостаточно, и Делла пришпорила обескровленный мозг в отчаянной попытке подобрать слова. – Со мной все отлично. Мне все нравится.

- У тебя легкие видно, - вдруг очень отчетливо, механически-равнодушным голосом сказал Стэн. – Я вижу твои легкие.

И замер, стиснув ее ладонь.

- Ерунда. Все заживет. Волшебники крепче бездарных, я же тебе говорила.

Петер, подтверди! – потребовала Делла, обернулась, чтобы принудить засранца к ответу, но земля вздрогнула, небо накренилось и завертелось, затаскивая реальность в стремительную чернеющую воронку. – Блядь, - сказала Делла и потеряла сознание.

Госпиталь Джона Ди походил на самый обычный армейский госпиталь. Под потолком что-то уныло бубнил громковещатель, по коридорам медленно бродили больные, унылые, как осенние мухи, их обгоняли стремительные и целеустремленные медсестры.