Японская война 1904. Книга четвертая

— И что вы будете делать? — тихо спросил Лондон. — Я могу помочь написать опровержение…

— Которое, даже если его напечатают в Америке, прочитает в тысячи раз меньше людей.

— Но что тогда делать? — Ванновский задумался. — Может, хотя бы отправим этого Готорна на Сахалин? Тут недалеко, посмотрит на настоящую каторгу!

— Вряд ли это нам поможет, — покачал головой Лондон. — Наоборот… Уверен, в редакции Хёрста только и ждут каких-то резких шагов с нашей стороны. Суд, ложные обвинения, незаслуженное наказание — все будет работать против нас.

Никто не обратил внимание, как писатель сейчас сказал «нас» вместо «вас».

Он даже сам этого не заметил, а вот у меня в глубине души появилась довольная улыбка. Ну и пусть на той стороне Тихого океана сидят наши враги, хитрые и умные, зато рядом есть друзья… А поиск решения тем временем продолжался.

— Но наши обвинения совсем не ложные! — возмутился Огинский. — Есть протокол задержания, показания агентов…

— Никто не будет на них смотреть, не в Америке, — вновь покачал головой Лондон. — А вот речи адвоката Готорна — они наймут для него лучшего из лучших! — напечатают полностью.

Нет, если пытаться работать в лоб, Хёрст нас просто размажет.

Спор становился все громче, уверен, какие-то слова сейчас долетают до сидящего в камере американского усача, поднимая тому настроение. И ситуация действительно выглядела плохо, Лондон был прав в том, что важна была не истина, а то, что о ней напишут в американских газетах и… Были ли у нас шансы? Кажется, нет. Вот только я помнил кое-что из своей истории. Как после всех поражений 1904 и 1905 годов Витте приехал в Портсмут на подписание мира, как его клевали все те самые журналисты, но Сергей Юльевич смог не просто отразить эту атаку, но и поднять свою волну.

Как? Что он сделал такого особенного, что разбил американцев на их поле и по их правилам? И не сможем ли мы повторить эту стратегию?

Быстрого ответа, увы, не нашлось, но я не собирался спешить. Приказал всем пока заниматься своими делами, а вечером мы лучше еще раз отдельно соберемся и на свежую голову обсудим все, что успеем надумать за это время.

Думал, не смогу выкинуть американцы из головы — смог.

Буквально через пять минут меня прямо по пути к штабу перехватили Афанасьев с Галицким и тут же завалили новостями. Как оказалось, эти двое трудились всю ночь, дорабатывая наши возможности по минированию входа в бухту и дальнего рейда… И у них появилось сразу несколько перспективных идей.

— Почему мы не используем обычные контактные мины? — вещал Афанасьев. — А потому что японцы уже потеряли на них достаточно кораблей за эту войну и просто так теперь не сунутся.