Лягушачий король

Егор рванул ворот рубашки, оторванная пуговица запрыгала по столу. Илюшин накрыл ее ладонью. «Кот словил мышонка», – подумал Егор. Мысли путались.

– Ты до тупого прямолинеен, – насмешливо сказал сыщик. – Актрису заменил на балерину. Посвятил ей три убийства. И под руку с любимой отправился в рай. Господи, тебя же в институте учили! Ты книжки читал! Куда делась вся твоя образованность, Егор?

Олейников схватил пробегавшую мимо официантку за рукав. Молча ткнул в свою чашку, показывая, что ему нужна еще одна. Девица с глупым лицом уставилась на него. Кофе был допит лишь до половины.

– Вам напиток не нравится?

– Нравится, – каркнул он. – Принесите еще!

Девица переглянулась с частным сыщиком, словно призывая его в свидетели чужой глупости, пожала плечами и ушла.

В другое время Егор поставил бы ее на место. Но он понимал, что если позволит себе хотя бы замечание, черная клокочущая волна хлынет изнутри и снесет все вокруг.

Он огляделся. Его трясло, как при ознобе. Толстая тетка у стены. Парочка за дальним столиком. Огромный бритый мужик с глазами как дырки от пуль… Почему у них такие уродливые лица?

– А идиотская затея со скупкой книг? – Сыщик откровенно насмехался. – Гниль поразила твой мозг, да? Ты перестал соображать, что делаешь. Пришел полюбоваться, как выглядит твой роман на полках магазина, как покупатели лавиной сметают прилавки, чтобы его приобрести. Открыл – и увидел, что Юренцов на согласованный рисунок нанес какие-то надписи. Смог расшифровать – и понял, что этот мерзавец подставил тебя, предал, рассказал всему миру то, о чем знал только ты. Тебя захлестнула паника. Ты спешно скупил все экземпляры в магазине, заставил Котляра выкупить оставшийся тираж. Что, так страшно было, что люди расшифруют запись Юренцова и каждый из прочитавших поймет, что ты – убийца? Будет тыкать в тебя пальцем? «Я всегда знала, что он законченный псих»! – Илюшин передразнил Эллу Домбровскую. – Если бы ты не запаниковал, ты не попался бы, идиот! Потому что всем было наплевать на рисунок Юренцова и тем более на какую-то дурацкую надпись вокруг него. Тебе достаточно было тихо убить Олега – и только! Все прошло бы незамеченным. Но ты кинулся изымать свои драгоценные «Песни ангелов». И напал на сотрудницу магазина, которая унесла один экземпляр с собой. – Илюшин укоризненно покачал головой. – Бить женщину! Фу, Егор! Что сказала бы мама! А хотя нет, постой… – Он преувеличенно нахмурился. – Лиана и сама любила распускать руки! Я слышал, она расцарапала лицо Ельчуковой! Могу представить, как доставалось тебе! Она тебя часто била, Егор?

– Она меня пальцем не трогала…

– А шрам у тебя от падения с велосипеда, ага.

Илюшин протянул руку и почти дотронулся до уха Егора.

Олейников отшатнулся.