Инферно Габриеля
Стиральный агрегат давно справился со стиркой и сам отключился. Джулия переложила влажное белье в сушилку. Домой она сможет вернуться не раньше чем высохнут ее вещи. Впрочем, зачем ей торопиться? Ведь он знает, кто она!
И тут совсем некстати она вспомнила о Полине. Потом о четырех буквах на вытатуированном сердце. Нет, Полина ей не соперница. Полина могла находиться в его жизни до тех пор, пока он не нашел свою Беатриче. Джулия не сомневалась, что теперь он забудет Полину.
Следом явились еще две тревожные мысли: «А как быть с тем, что он мой профессор? И вдруг он не просто любитель выпить, а настоящий алкоголик?»
Еще в детстве, наблюдая пьяные материнские выкрутасы, Джулия пообещала себе, что никогда не свяжет жизнь с алкоголиком.
Ей вспомнились строки шекспировского сонета, который она тоже немного переделала на свой лад: «Ничто мешать не вправе соединенью двух сердец».
Думая об этом, Джулия обследовала содержимое шкафов, полок и выдвижных ящиков его идеально оборудованной кухни. Конечно, с похмелья Габриелю вряд ли захочется есть. Ее собственная мать в такие моменты вообще на еду не смотрела, а говорила, что ей надо «поправить голову».
Себе Джулия соорудила яичницу с беконом и чашку ароматного капучино. Подкрепившись, она стала придумывать, чем бы угостить Габриеля. Скорее всего, ему тоже понадобится «поправить голову». Тогда она приготовит ему изумительный, по ее мнению, коктейль, рецепт которого она когда-то нашла в журнале и записала (на всякий случай).
Джулия проверила, так ли это, и запомнила, что где стоит, чтобы потом не тратить лишнего времени. Она не любила готовить, но перспектива угостить любимого преобразила ее. Джулия, как настоящая домохозяйка, стала ломать голову, чем же все-таки побаловать Габриеля, если ему захочется есть. Кофе — это само собой. Но кофе не еда. Перебрав все варианты, она остановилась на овощном салате.

















