Какого цвета убийство?

– Я не это имел в виду.

Она мягко положила ладонь на руку мужа. Кожа у него всегда была нежная, пальцы немного пухлые, белые. Как у ангелочков с полотен Рафаэля.

– Знаю. Но ты совершенно прав. Мы должны обратиться в правоохранительные органы.

– Позавчера, сидя в гостинице, я смотрел пресс-конференцию об этом деле. Комиссар полиции призывал всех, кто получит угрозы, сообщать им об этом.

– Как этот самый Аксберг? – спросила Мари и ухмыльнулась. Кажется, половина его мозга осталась на ступеньках полицейского управления.

Юнас сжал ее руку. Да, у ее мужа были чудесные пальцы, хотя ни одна из ее подруг не разделяла ее мнения.

– Он поступил неосмотрительно. Поперся в полицию сам. Мы так делать не будем. У меня есть несколько толковых адвокатов. Я поговорю с ними, и мы зайдем со стороны. Так, что никто не узнает.

Мари опустила ноги на пол. Впервые за три дня она почувствовала, что проголодалась.

– Я приготовлю ужин, – сказала она и направилась в сторону кухни.

День закончился полным мраком.

Хельмарк увидел, как Ульвгрен с затравленным выражением лица уходил из здания полиции. До него дошли слухи, что начальника вызвали к министру юстиции, пожелавшему узнать, как продвигается расследование. Разве это не называется «давление на следствие»?

– У тебя ровно сутки, чтобы совершить прорыв, – пригрозил ему вернувшийся полицмейстер. – Потом я вынужден буду отстранить тебя и взять следствие в свои руки.

Комиссар ушам своим не поверил. Ведь Ульвгрен ничего не понимает в полицейской работе. С другой стороны, он меньше всего волновался, если его заменят Ульвгреном, а не кем-то другим. Полицмейстер ни к чему не придет, дело ясное. И приползет к нему за помощью.

– Какая неслыханная щедрость! – воскликнул комиссар. – Целые сутки?

Ульвгрен сжал челюсти и ткнул в него пальцем.

– Мне кажется, ты не понимаешь до конца всей серьезности ситуации. Если виновник и вправду этот Жигарра, то он просчитался в выборе жертв. Все они входят в особый клуб, куда нам с тобой доступа нет. В закрытый клуб элит. И одна вещь чертовски очевидна: у всех них есть связи. Рычаги. И если они через третьи руки скажут нам: «Станьте лягушками», нам с тобой придется прыгать и квакать как миленьким. Просто, чтоб ты знал.

Хельмарк с трудом сдержался, чтобы не выйти из себя. В последнее время он старался не упускать из вида момент, когда из его ушей готов был повалить пар. Раньше он спускал это на тормозах.

– Ты хочешь сказать, появились еще письма? Новые зажравшиеся богатеи получили угрозы в свой адрес?

Ульвгрен не ответил. Не проронив ни слова, он вышел из тесного кабинета комиссара полиции.

Когда Фредрик вошел в кабинет, за столом сидел Стен-Инге.