Король медвежатников

Улица выглядела на редкость грязной, повсюду, в несколько слоев, валялся мусор, стены домов обшарпаны и облуплены, а на тротуарах непролазная грязь. Такое впечатление, что эта часть Москвы испытала нешуточное землетрясение, и жители района, зная, что катастрофа должна повториться, решили пуститься во все тяжкие: выпить все имеющиеся запасы спиртного, передраться со всеми соседями и перепортить всех баб в округе. Невольно создавалось впечатление, что сам черт отправляется сюда справлять большую нужду, причем не очень-то выбирая для этих целей укромные места.

А почему бы не назначить господину конспиратору встречу в каком-нибудь местечке поприличнее, например в «Эрмитаже», где можно не только послушать песни цыган, но и посидеть с понравившейся дамой.

А если симпатия будет обоюдной, то остаток вечера можно будет провести с ней в роскошных номерах. Здесь же, шагая по улице, остается думать только о том, чтобы не наступить ногой на что-нибудь непотребное и не быть ушибленным насмерть каким-нибудь пьянчужкой, выбежавшим из-за угла с колуном в руках.

Единственным положительным местом на Грачевке была булочная, затерявшаяся среди полусотни кабаков и размещавшаяся в полуподвальном помещении.

Через ее узкие оконца, напоминающие бойницы крепости, можно было рассмотреть разве что пятки прохожих. Хозяином булочной был маленький человечек с необыкновенно рыжей шевелюрой. Настолько яркой, что в полумраке ее можно было бы принять за полыхающий фонарь. Он с интересом посмотрел на вошедшего и тотчас определил, что посетитель приезжий. Во всяком случае, местные не признают костюмов французского покроя, вряд ли способны отличить штиблеты от простых ботинок и уж совсем не жалуют тростей с костяными набалдашниками. А уж если все-таки пользуются палками, так только для того, чтобы раскроить череп обидчику.

В общем, залетная птица. А следовательно, и обхождение должно быть иным. Не следует предлагать ему черный хлеб, дешевый и простой, смахивающий по вкусу на отруби и используемый местными мужиками в качестве ядреной закуси. А нужно предложить пшеничный батон.

Чернопятов с трудом сдержал улыбку, заметив, какой нешуточный интерес вызвал он у хозяина булочной. В его небольшой головке, работающей, как счетная машина, шел подсчет возможной прибыли.

И по тому, как блеснули его глаза, Чернопятов догадался, что результат был получен.

Хозяин заведения, еврей Иосиф Рабин, чуть тряхнул рыжей головой и уверенно устремился навстречу вошедшему. Еще секунда — и он раскроет объятия и примет Чернопятова, как родного сына.

— Вы не прогадали, молодой человек, — поздоровавшись, начал Рабин. — В моем заведении самые лучшие булки с маком. Если бы вы знали, с каким чувством я выпекаю каждую из них.