Король медвежатников

Савелий привычно сунул руку в карман и, ощутив в ладони прохладную сталь «браунинга», успокоился. Поднялись по лестнице.

— Здесь, — показал бродяга на дверь.

Звонить в дверь он не стал, брякнув громоздкой связкой ключей, почти сразу же отыскал нужный — широкий и длинный, с массой мелких насечек по краям. И, открыв дверь, первым вошел в комнату. Савелий, подозрительно оглядевшись, прошел следом. Пока все спокойно. Никто не пытался сбить его с ног, не тыкал в лицо стволом, пропахшим порохом. Правда, для рандеву граф мог бы подыскать комнату и поприличнее. Здесь довольно убого: кровать, обшарпанный стол, пара стульев да еще небольшой продавленный диван. Собственно, и вся «роскошь».

— Да вытащите вы руку из кармана. Никто не собирается вас убивать, — неожиданно произнес посыльный, распрямляясь. — Я привел вас сюда не за тем.

Он снял потрепанный макинтош и брезгливо швырнул его на стул. Затем осторожно снял с лица бороду и усы. Теперь Савелию стало понятно, кого напомнили ему черные пронзительные глаза, — перед ним стоял граф д\'Артуа собственной персоной.

— Что за маскарад, граф? — даже не попытался скрыть своего удивления Савелий. — Не понимаю!

— Не обращайте внимания, иногда на меня находит, излишняя подозрительность. Хотелось познакомиться с вами поближе. Я много слышал о вас… хорошего. Вы уж извините, что все получилось так, иначе нельзя. Слишком много вокруг посторонних глаз, а нам, как я понимаю, предстоит беседа тет-а-тет? — Небрежно бросив на стол пакет, он усмехнулся: — Знаете, это полотно действительно относится к двенадцатому веку. Очень характерный рисунок холста. Сейчас холст так не делают. Появились другие технологии, но вряд ли от этого картины стали лучше. Еще неизвестно, что будет с современными полотнами эдак лет через двести. А эти уже пережили многие столетия! Я бы хотел приобрести эту картину.

— Я согласен ее продать. Только ответьте мне на один вопрос…

— Хоть на два, милейший!

Граф уже расположился на диване, закинув ногу на ногу. Чувствовал он себя вполне свободно, — впрочем, почему бы и нет, если вся рухлядь, включая тараканов, принадлежала ему.

— Почему вы убили Барановского?

Глаза графа удивленно округлились:

— И вас это интересует? Право, смешно! Такой серьезный человек и туда же. Я-то думал, что мы поговорим с вами о деле, как здравомыслящие люди. А вы меня спрашиваете о каком-то пустяке. Да вы присаживайтесь наконец! Я здесь совершенно один.

У порога скрипнула половица. Савелий мгновенно посмотрел на дверь. Никого. Может, все-таки показалось?

— Да не пугайтесь вы так, здесь никого нет, — с милой улыбкой сказал граф. — Этот дом наполнен привидениями. Все же этим стенам не одна сотня лет. Я этим поскрипываниям уже не удивляюсь, — махнул он рукой.