Корона жигана

А когда Макей наконец замолчал, он некоторое время сидел неподвижно, разглядывая наколку на кисти — полукруг солнца с расходящимися лучами, затем устало спросил:

— Все, Кирьян, — неуверенно отвечал Макей и, потрогав кровоподтек на лбу, добавил: — Не знаю, как сам уцелел, едва без мозгов не остался.

Получилось неубедительно — подвела улыбка, короткая и одновременно виноватая.

На столе лежал мощный, шестизарядный револьвер, красивая игрушка с удлиненным стволом. Кирьян очень гордился этим приобретением и рассказывал, что это подарок одного знаменитого марвихера.

Но лишь немногие могли знать настоящую историю этого оружия — револьвер достался ему в качестве трофея в одной из перестрелок. По большому счету, в стычке не было ничего зазорного, но беда состояла в том, что пальба происходила между своими — жиганами. И, кроме револьвера, Кирьян Курахин получил еще и пару килограммов золотых монет.

Стопарь в чистом виде!

Взгляды всех присутствующих, а здесь собралось несколько жиганов, обратились на револьвер. Красивая вещица, с хромированной рукоятью, на которой была прикреплена небольшая пластинка с короткой английской надписью, чуть ниже вились замысловатые вензеля.

Очевидно, пожелания владельцу стрелять без промаха. Если бы оружие умело говорить, то наверняка поведало бы немало занимательных историй. Но самое большее, на что оно было способно, так это на короткие диалоги.

Рука Кирьяна находилась совсем рядышком с револьвером, вот шевельнет сейчас пальцами, и рукоять окажется в руке. Этим фокусом Кирьян владел отменно, Макей знал об этом лучше, чем кто-либо. Тут же лежала колода карт. Будто две судьбы: выбрал одну — и шагай по ней не таясь.

Пальцы Кирьяна коснулась рукояти — выбор сделан! Макей невольно прикрыл глаза.

Кирьян поднялся. Приобнял Макея.

— Ну, что ты… что ты… Ты ни в чем не виноват. Это все я… Я должен был все предусмотреть. Ведь Дарья мое самое слабое звено. И они знали об этом и ударили сразу по нему.

— Она просила обождать внизу, — голос Макея заметно дрогнул. — Я не думал, что все кончится именно так.

Стоящие в дверях жиганы расслабились, заулыбались.

— Уркачи хотят переговоров?.. Договорились, будут им переговоры.

А вы-то как считаете? — посмотрел Кирьян в сторону жиганов, взял со стола револьвер и небрежно сунул его в карман.

Теперь на этот жест никто не обратил внимания. Перед ними был прежний пахан, собранный, сконцентрированный, и, судя по его тону, он уже принял решение.

— Потолковать с ними надобно, — веско заметил Степан. — Иначе они нас за людей считать перестанут.

За урками был многовековой уголовный опыт, включавший в себя множество традиций — обогащенных и преумноженных каждым следующим поколением.