Корона жигана

Лицо у Кирьяна было идеально выбрито, сейчас оно лоснилось от обильного пота. Хрящ, стиснув зубы, смотрел прямо в глаза московского жигана.

— Я так понял, что мне здесь не доверяют. Если так, я разворачиваюсь и ухожу. Найду других компаньонов.

— Таких, как мы, не найдешь. У любых против нас кишка тонка будет.

— Вы все Рыжего вспомнили, а ведь он еще в пацанах ходил, когда я уже жиганом был.

— Ну что ты кипятишься, — слегка приобнял Макара Кирьян, — давай выпьем мировую. Эй, Елизавета! Почему у тебя штоф пустой?! — сурово спросил жиган. — Не видишь, что ли, гости заскучали.

Мадам Трегубова напоминала юлу. Она без конца находилась в движении. То убирала пустую посуду, то подносила новые угощения.

— Угощайтесь, гости дорогие, — выставила она на стол маринованные грибы. — Только для вас. А вот и самогон, как раз такой, какой ты любишь, Кирюша, — плутовато стрельнула глазками мадам Трегубова.

Жиган хлопнул женщину по пышному заду и громко произнес:

— Ну, Костя! Ну, змей! Такую барышню отхватил! Все при ней! Знаешь, я ее у тебя отобью.

Обижаться не полагалось, и Фомич захохотал вместе со всеми. Если таким образом пошутил бы кто-то другой, а не Кирьян, то подобную шутку Костя наверняка не оценил бы. И тихий вечерок за штофом водки мог бы перерасти в нешуточную поножовщину.

— Мне тут Фомич рассказал о твоих замыслах. План интересный, — согласился Кирьян, наколов на вилку сразу несколько грибочков. — Только ты о главном не сказал.

— Какую долю себе хочешь оставить?

— Хм… Мы тут с жиганами посоветовались… Ну ты пойми нас правильно, питерский, только чтобы без обид, — прижал ладонь к груди Кирьян. Взгляд его сделался жестковатым. — Где налет будет? В Москве! Кто в нем будет участвовать? Опять же московские жиганы… Кто пролетки доставать будет? Опять наше дело.

— За мной машины, — напомнил Хрящ.

— Автомобили, конечно, хорошо, но это не главное, сам пойми, — миролюбиво протянул Кирьян.

— И что же ты предлагаешь? — посуровел Макар Хрящ.

— Я предлагаю то, что между жиганами всегда заведено было. — Кирьян немного помолчал, а потом со значением добавил: — По-братски разделить.

Васька Кот насупился:

— Самое трудное дело на меня ляжет… Мне с жиганами переговорить придется, каждого копейкой заинтересовать. Кому охота просто так под пули башку подставлять? А потом, там ведь золотишко, камушки всякие будут… Верно я говорю?

— У меня верные люди есть, которые сразу скупят все. Честно говоря, питерский, я вообще не вижу, что ты можешь принять в этом деле участие, — неожиданно расхохотался Кирьян. И, заметив, как напряглось лицо Макара, примирительно сказал: — Ну, ладно, ладно… пошутил я. Твоя наколка, значит, и доля твоя на кону. Но не обессудь, на половину не рассчитывай.