Ледяной клад

 - Пошла вон, сопля! Тут динамит!

Страшное слово "динамит" тугой спазмой зажало Фене горло, перехватило дыхание.

Но она все-таки не отстала, не отошла прочь от Василия Петровича. Через силу, а выговорила:

- Все одно, дайте... Я осторожно...

- Фенька, уйди!.. - еще злее сказал Василий Петрович, тыча в ее сторону кулаком. - Нету время с тобой разговаривать. Видишь?

Она видела. Теперь даже отсюда, снизу, было видно, какая высоченная за островом, на косе, встала ледяная гора. Встала и словно бы замерла. А в тальниках, давя их своей беспощадной тяжестью, как бегемоты, ворочаются огромные льдины, храпят, трещат и все ближе подбираются к протоке. Именно поэтому Феня особенно крепко вцепилась руками в один из ящиков. И Василий Петрович, обмолвившись нехорошим словом, ей уступил...

...Потом она запомнила только, как очутилась перед крутой и безумно высокой, но в удобных уступах, безмолвной ледяной стеной. Грохот, звон сухо рассыпающихся, раздавленных льдин доносился откуда-то справа.

- Пока постоит... Успею!.. Свой ящик давай, - хриплым, булькающим голосом сказал Василий Петрович, подзывая Феню поближе.

Но Феня не послушалась, первая, не зная куда и не зная, что потом будет она делать со своим ящиком, полезла вверх по ледяным уступам, почему-то думая: "А в Каменной пади на скалу подниматься было хуже. Очень зябли руки, и не было таких ступенек".

Василий Петрович, хрипя, полз где-то тут же вслед за нею. Феня не оборачивалась. Она боялась, что Василий Петрович станет снова ругаться.

С самого гребня ледяного вала, то снежно-белого, то изумрудно-зеленого, она на какое-то мгновение увидела все: и поселок, поблескивающий на солнце стеклами окон, и заречье, дорогу, ведущую на Ингут, к той самой Каменной пади, о которой только что ей вспоминалось, и обрывистый берег Читаута у Громотухи в тоненьких струйках дыма от горящих костров, и словно бы пропасть слева - плоско лежащий лед на косе ниже затора.

- Спускайся! - крикнул сзади Василий Петрович. - Ложить надо вниз, в самый низ, под корень...

И Феня поняла, что ей теперь надо сползать в эту пропасть...

...Они торопливо поставили ящики в глубоких расселинах, пахнувших диким холодом.

Василий Петрович сунул ей в руку коробок спичек.

- Целым пучком поджигай. Потом беги. Спички мне.

Феня поднесла маленький пылающий факел к сразу весело заискрившемуся длинному черному шнуру. Отдала Василию Петровичу оставшиеся спички и сама понеслась по томительно длинным и узким щелям среди поднявшихся стояком льдин. Вверх, вверх по уступам, скорее к перевалу через гребень, обратно на остров, в тальники!

Она холодела от ужаса: "Вот как сейчас рванет за спиной!.."

Остановиться Феня никак не могла, хотя и не слышала - бежит или не бежит Василий Петрович вслед за нею.