Меч Лета

Очередная ручная работа.

Мебели в доме Блитцена оказалось немного, но она отличалась стильностью и удобством. Диван в форме буквы «г», кресла, которые наводили мысль о космической эре. Вероятно, у каждой из этих вещей тоже были свои имена и они пользовались заслуженной славой среди другой гномской мебели для гостиных, но Блитцен нам их не представил. На кофейном столике лежала аккуратная стопка журналов. «Ежеквартальное обозрение последних тенденций гномичьей моды и гномичьих интерьеров» – прочел я на обложке верхнего.

Пока Сэм и Хэрт, усевшись на диванчике по обе стороны от Блитца, пытались его ободрить, я, охваченный злостью на самого себя, бродил взад-вперед по гостиной.

Конечно же, все случилось исключительно по моей вине. А ведь Блитц и до этого целых два года постоянно рисковал из-за меня жизнью, хотя мог преспокойно жить здесь, наслаждаясь роллами и пенящейся медовухой. Он чуть не погиб на мосту, защищая меня от Сурта дорожным знаком. А вот теперь вообще сложит голову в ремесленном поединке с гномом-аксакалом.

Эта гномичья философия ремесла сильно перевернула мое отношение к миру вещей. В Мидгарде-то большинство из них производят непрочными.

Да к ним и относятся как к чему-то временному. Сломалось или надоело – выброси на помойку и купи новое. Этот мусор сильно меня поддерживал во время бродячей жизни. Кое-чем из выброшенного другими людьми я еще мог воспользоваться, иное даже продавал, а уж совсем никуда не годное служило мне топливом для костра.

Я попытался представить себе, как живут в Нидавеллире, где каждая вещь представляет собой произведение искусства и сделана до того прочно, что может служить владельцу пожизненно. Все, вплоть до чашки или какого-нибудь там стула.

Это что же, каждое утро перечислять заслуги своих ботинок, когда суешь в них ноги? По-моему, утомительно и раздражает. Но, с другой стороны, почему бы нет, если ботинки действительно классные?

Мысли мои перескочили на Меч Лета. Фрея сказала, мне нужно с ним подружиться. Тогда, выходит, он может думать и чувствовать? Но ведь и Блитцен мне объяснял, что у каждого сделанного вручную предмета обязательно есть душа. В таком случае я, вероятно, неправильно до сих пор обращался с Мечом Лета. Видимо, надо к нему относиться как к Блитцену, Хэрту, Самире.

Ну, чтобы он себя ощутил еще одним моим верным спутником.

– Блитцен! – отвлек меня возглас Сэм. – Но у тебя все же должна быть какая-нибудь специальность. Чему тебя обучали в коммерческой школе?

– Моде, – жалобно шмыгнул он носом. – Я сам создал программу курса обучения. Но кутюрье среди гномов непризнанное ремесло. А они предполагают, что я буду чеканить золотые слитки или возиться с какими-нибудь механизмами. А я в этих областях почти совершенно некомпетентен.