Милая пленница

 — Однако твое сердце бьется так же сильно, как и мое! — хрипло проговорил он. Его горячее дыхание обожгло ухо Александры, его язык коснулся бешено пульсирующей вены на ее горле. — Что ж, пылай для меня! — мрачно сказал он. — Поскольку именно ты низвергла меня в этот ад, будет совершенно справедливо, если я прихвачу тебя с собой.

Черная волна паники прокатилась по всему существу Александры, ей показалось, что разум покидает ее. Губы Хоука обжигали ее обнаженную кожу… Внезапно девушку охватило какое-то новое ощущение, странное напряжение сковало тело, заглушая страх…

Она содрогнулась, когда зубы Хоука коснулись ее шеи, а губы скользнули вниз по ее плечу, оставляя влажный след.

И вопреки ее воле где-то в глубине души и тела вспыхнуло ответное волнение, незнакомое ей прежде чувство биения крови, и нервов, и мускулов…

В это горькое и яростное мгновение остатки детства улетели прочь. И невинность Александры уступила место пониманию, и ее молодое тело откликнулось на зов природы.

И там, где губы Хоука касались ее кожи, вспыхивали огни, оставлявшие неизгладимый след. Александра была свечой, тающей под его жаром, и она, испуганно рыдая и задыхаясь, поняла, что слабеет…

Руки Хоука задержались на ее талии, на синяке, темневшем на бедре. А потом он встал на колени и окинул взглядом всю ее, обнаженную и хрупкую, освещенную луной…

«Боже милостивый, — подумал Хоук, — она выглядит такой невинной… это она, являвшая собой саму развращенность!» Он почувствовал, что теряет голову от безумного желания.

Он обшаривал взглядом ее кожу цвета слоновой кости, пышную грудь с персиковыми сосками, волосы червонного золота, разметавшиеся по зеленому ковру травы. Нечего удивляться, что ее образ преследовал его все эти годы! Она может свести с ума любого мужчину.

В роще стояла полная тишина. Над склоном холма негромко вздыхал ветерок, донося иной раз блеяние овец или звон колокольчика… но вокруг не было ни души, и никто не мог увидеть того, что происходило под старой березой.

— Да, любимая, — резко сказал Хоук, — это и есть начало. И сегодня я сломаю тебя. Этой ночью ты будешь лежать подо мной, и ты дашь мне все, что я хочу.

«Ни за что!» — в отчаянии думала Александра… но его рука уже накрыла ее грудь, а потом и его губы впились в сосок, и зубы сжали чувствительный бутон… Хоук искусно ласкал ее, его руки и губы доставляли ей сладостную муку, и наконец ее охватило безрассудное желание, и кровь превратилась в жидкий огонь. Глаза Александры закрылись, ее голова беспомощно покачивалась, и волны наслаждения катились по ее телу. И она почувствовала, как содрогнулся ее мучитель в ответ на темный призыв страсти…

Хоука охватила радость победы, когда он услышал приглушенный стон.