Мужчина-сказка, или Сейф для любовных улик

Толстушка ойкнула и прижала меню-пиццу к груди в области сердца. Не успела Ефросинья подумать, что странен не только Василий, но и иные люди, как полная женщина расплылась в улыбке и запричитала на чистом русском языке:

– Боже же мой… Люся! Моя Люська, бродячая душа! Я же тут вспоминала тебя, думала, где ты, что с тобой…

– Как видишь, жива-здорова. Жизнь потрепала меня, но держусь на плаву. Бросила вредные привычки, многое переосмыслила, хотя, может, и поздно.

Люсьен встала и обняла сотрудницу пиццерии.

– Никогда не поздно признать свои ошибки и промахи!

Затем полная женщина отодвинула стул, причем на огромное расстояние, потому что только так она могла влезть за стол, и плюхнулась на него.

– Маргоша, – мягко обратилась толстушка, весьма миловидно выглядевшая, несмотря на комплекцию, к проходившей мимо девушке-официантке.

– Да? – замерла удивленно та.

Женщина набрала в легкие побольше воздуха и выпалила на английском языке:

– Пир горой! Все для дорогих гостей!

Лишь на секунду девушка замешкалась, но потом решительно кивнула головой и удалилась твердой походкой.

– Ефросинья, Василий… – представила спутников Люсьен. – А это Валентина, именно та женщина, которая работала в доме, где сейчас проживаешь ты, Фрося, – победоносно сверкнула она глазами и прекрасно сохранившимися для ее возраста и образа жизни зубами.

Лицо толстушки расплылось в умопомрачительно доброй улыбке. Она и сама походила на сладкий воздушный пончик. Есть такая категория полных людей, всецело притягивающих к себе своей «аппетитной» аурой, просто светящихся добротой и пониманием. Похоже, что Валентина принадлежала именно к этой категории.

– Так вот оно что, знакомая Влада! Мне очень и очень приятно! Владислав – один из тех людей, о которых остаются только положительные воспоминания. Он мне очень помог! Я много лет работала у пана Людвига и его дочери Розалинды. Не одна, конечно, но хозяин меня выделял.

– Еще бы! Она готовит как бог! – прервала подругу Люсьен и многозначительно подняла указательный палец вверх.

– Да, пан любил мою стряпню. А вот Розалинда очень плохо кушала, все на диетах сидела. Пан Людвиг хозяин строгий был, но справедливый, платил мне не очень много, но всегда в срок. За несколько лет у меня скопился небольшой капитал. Потом в семью пришел Владислав. Очень он радовался, что по-русски со мной можно поговорить. А позднее начались у хозяев какие-то разлады, проблемы, и я захотела уйти. Моей мечтой была покупка маленького кафе. Вкусно покормить людей я всегда любила…

– У тебя классно получалось! – не удержалась от замечания Люсьен.

– Ну, может быть… – зарумянилась Валентина.