Мужчина-сказка, или Сейф для любовных улик

– Или умело скрывает свою осведомленность, – не согласилась с ней Люсьен.

Все трое вышли из музея в весьма нервном состоянии.

– Вы меня простите, конечно, ясное дело, я здесь – никто, – начал Василий, – но раз уж вы взяли меня с собой…

– Извини меня за грубость, – виновато посмотрела на него Фрося.

– Ничего. Я уже понял, что Влад – фигура неприкосновенная. Просто я хотел предложить поговорить о чем-нибудь другом.

– О’кей! – тут же согласилась Люсьен. – А знаете, я после лицезрения этих постных неживых лиц, честно говоря, проголодалась. Может, пропустим по пивку? – предложила она.

Но Василий и Фрося инициативу не поддержали.

– Опять пить?! – воскликнула девушка. – Я не хочу. Да и не проголодалась еще. Сколько можно есть!

И тут раздалась музыка, людской гам и шум, смех, крики, и почти мгновенно трое вышедших из музея восковых фигур путников были вовлечены просто-таки в хоровод, в огромную людскую толпу, двигающуюся по улице. Их так и понесло вместе со всеми по сувенирной улице с пешим движением к главной, рыночной, площади. Народ безумствовал, все были наряжены в какие-то бумажные короны, мантии, звенели колокольчиками и что-то кричали, усыпая дорогу бумажными же цветами. Фрося уцепилась взглядом за исчезающую из вида Люсьен.

– Чего?! – не поняла Ефросинья.

– Народный праздник. Называется – шествие короля. Я и забыла про него. Люди выходят на улицы и с радостью проделывают путь от какого-то костела до рыночной площади.

– Путь первого короля Кракова, что ли… Черт знает когда это было… Я вообще точно не знаю. Но он был первый, и теперь вот все участники праздника мнят себя королями, возможно, чтобы в чем-то тоже стать первыми.

Последние слова Люсьен уже просто кричала. Ее оттеснили от Фроси окончательно и бесповоротно. Василия же девушка сразу потеряла из вида, как только их подхватила толпа. На голову Фроси водрузили бумажную корону, как у всех, чтобы она тоже почувствовала себя «королем». Она даже не стала сопротивляться. Главным в этой ситуации было не перечить толпе, иначе могли бы и затоптать.

Наконец шествие просто вывалилось на круглую рыночную площадь, ограждаемую старинными домами, во многих из которых располагались бутики, рестораны и отели. Вторым, внутренним кольцом были торговые ряды и палатки. Чего тут только не продавали! Кухонную утварь, расписную керамическую посуду, деревянные игрушки, бижутерию и, конечно, еду! На гриле жарились сосиски, круглые колбаски и куски свинины. Все это выкладывалось на свежий хлеб, щедро посыпалось овощами и поливалось соусом на выбор. В соседней палатке, распространяющей дурманящий аромат ванили, на глазах у всех пеклись блины и пончики.