Мужчина-сказка, или Сейф для любовных улик

И принялась усиленно махать руками, топать ногами и кричать противным, визгливым голоском: – Влад, я здесь! Куда же ты смотришь? Я тут! Вот ведь черт…

Ее никто не слышал и не обращал внимания. Еще бы! В такой-то толпе! Все махали руками, стучали ногами и кричали. Мало того, народ время от времени срывался на аплодисменты стоящей на сцене парочке.

Фрося чуть ли не слезу уже пустила. «Сказал, что на работу пойдет. Вижу я теперь, какая у него работа – по праздникам с этакой секс-бомбой расхаживать. А я что? Так, моль в шкафу, пыль… Но до чего же, гад, красив…» – думала она.

Владислав на самом деле выглядел просто потрясающе. Высокий, стройный, в идеально сидящем темном костюме, на шее широкий шелковый галстук-косынка на итальянский манер, темные волосы слегка развеваются на ветру, а белозубая улыбка периодически озаряет безупречное лицо. Как показалось не совсем адекватной Ефросинье, эта улыбка особенно вспыхивала, когда он периодически посматривал на свою спутницу.

Фрося не выдержала, поднялась с места и заорала не своим голосом по-английски:

– Чего пялишься? А ты рассказал ей про свои скелеты в прикроватных тумбочках, то есть в шкафах?

До Владислава, понятное дело, ее крик не долетел, потонув в общем гуле, словно песчинка в пустыне. А вот внимание круглолицего байкера, судя по одежде, она все же привлекла.

– Да чего же вы, девушка, так распаляетесь? Это же не митинг антиглобалистов, а национальный праздник!

– А я не понимаю, о чем они говорят в этот самый праздник! – смело пояснила Фрося, которая почему-то уже думала, что Влад и гламурная тетка уже провозгласили себя мужем и женой, поэтому все их поздравляют.

– Иностранка? – придвинулся к ней байкер.

– Вот как? Русского я не знаю, но их речи могу на английский перевести.

– Если можно, пожалуйста! – заискивающе посмотрела она на него.

– Да не вопрос! – разулыбался байкер. – Тебя как зовут? Я – Гарольд.

– Ефросинья. Фро-ся.

– А, ладно, зови как хочешь, – разрешила Кактусова, понимая, что ее имя действительно сложновато для иностранца.

– Так вот, Фрофа, женщина, мэр Кракова, только что рассказала собравшимся об истории праздника, о «шествии короля». О том, как далеко он уходит корнями в прошлое.

– Так она мэр? – вычленила из всей речи Фрося только одно.

– Мэр. А что? – не понял Гарольд.

– А рядом с ней кто? – сузила девушка глаза.

– Я его знаю, но вроде как он из парламента, что ли. Зовут его… Мэр вроде говорила, но я не помню. Какой-то известный деятель науки, меценат. Его благотворительная деятельность и здесь дала свои ростки.

– Бесплатное бухло, что на площади разливают, концерт – за его счет. Какая-то сумма средств перечислена в местную больницу… что-то еще для горожан, потому что он живет в Кракове… – с трудом переводил Гарольд.