Мужчина-сказка, или Сейф для любовных улик

– Можно ее тогда не искать…

– Раз они были близки, то даже если Людвиг ей что и сказал, то женщина все рассказала бы любовнику, – пояснила полицейскому Фрося, не глядя на Влада.

– Если изобретение обещает принести бешеную прибыль, тут уже нет ни друзей, ни любовников, ни родственников, – возразил Вацлав. – Насколько мне известно, они расстались именно в то время, когда умер Людвиг. То есть она могла что-то узнать и смотаться. Могла променять любовь на деньги.

– Значит, у меня есть шанс остаться чистеньким? – усмехнулся Владислав.

– Друг, мы ни в чем тебя еще не обвиняем, – несколько смутился Бельских.

– Да что ты? А я-то уж решил, что вам все абсолютно ясно. Я, коварный соблазнитель, направил свою любовницу к старику, чтобы та охмурила его и выведала у него тайну. Только тайна оказалась никчемной без основного листка, как и он без кода. И вот я затих на некоторое время. Но тут приехала Фрося с недостающей частью, и я развернулся по полной программе – «замочил» всех, кто хоть что-то знал или держал тот листок в руках. Остались вы, друзья мои. – Влад улыбнулся, но в его улыбке было очень много горечи.

– Кстати, а как психотерапевт оказалась у пана Людвига? Кто ее к нему вызвал? – проигнорировал ерническую речь друга Вацлав.

– Я. Да, именно я вызвал ее к нему, – спокойно ответил Влад.

– А зачем? Ведь подобные специалисты просто так не вызываются. Ты можешь ответить на этот вопрос? – спросил полицейский.

– На этот вопрос я отвечать не буду. На то были причины. Тебе надо, ты и ищи, – огрызнулся Владислав. И перевел на Фросю свои темные выразительные глаза. – А еще я совершил большую ошибку – давно, в юности, влюбился в не очень умную женщину. Это-то мне жизнь и подкосило… Не очень умную потому, что она до сих пор способна думать, будто я могу совершить поступки, в которых меня подозревают.

Ефросинья отвела глаза, сказать ей было нечего.

На улице в этот день стояла просто потрясающая жара. Этакая липкая духота. Вацлав обратился к Фросе:

– Вот не пойму… Старею я, что ли? Какая-то женщина уговорила меня взять ее с собой на задание… Куда подевались мои профессиональная хватка и твердость?

– Непоколебимость, – поправила его Кактусова. – И потом, мы едем не на задание, а просто поговорить. Я не права?

– И ведь это же шанс оправдать Влада? – заискивающе посмотрела на спутника Ефросинья.

Полицейский закурил, не спрашивая разрешения. Внешний вид у него, как всегда, был небрежный – помятая одежда, лохматые волосы, рассеянный взгляд… Но в последнее время он был трезв, только много курил, словно вытесняя одну вредную привычку другой.