Найти «Сатану»

– Я такой когда-то у Васьки Зенитчика видел, – наконец сказал он. – Васька тогда бегал как змеей укушенный, всем показывал: думал, золотую жилу отыскал… А оказалось – никакое это не золото…

– Точно? – оживился Егор, испытующе рассматривая нового собеседника.

Осип выгодно отличался от односельчан: у него имелись все зубы, хотя и пластмассовые – он не поленился специально поехать в райцентр и заказать вставную челюсть. И держался солидно.

– Точно не скажу, я анализов не делал, – степенно сказал Осип. – Но похожий.

– А кто такой этот Зенитчик?

– Так это мой друг! – воскликнул Гришка, оживленно жестикулируя. – Мы с ним не разлей вода! Он мне тогда хвастался, что за Черным урочищем золотую жилу нашел, обещал весь поселок водкой залить! Только облом вышел с этой жилой… А потом его и посадили… Вот если б взаправду нашел золото, то вместо тюрьмы жил бы в каменном доме в Таёжном – райцентр, магазины, ресторан… Ведь так же?

– Наверное, так. – Геолог внимательно рассматривал синие от татуировок пальцы собеседника. – А вы, я вижу, тоже в тюрьме побывали?

– Было дело. – Гришка спрятал руки за спину. – Ни за что посадили – за шкурки! Браконьерство пришили…

– Это первый раз! – вмешалась Ефросинья. – А второй раз за Верку – чуть не до смерти забил девку… А третий – когда с ружьем за всеми гонялся, стрелял куда ни попадя.

– Понятно, – кивнул Егор и отвернулся от Гришки к женщинам. – Тогда лучше вы мне расскажите: что за человек этот Зенитчик?

– Васька-то? – влезла бабка Дарья, опередив Ефросинью, которая уже открыла рот. – Та-а-акой кобель был в молодые годы! Вон, с ней воловодился, с Валькой… – Она указала узловатым пальцем вслед уходящей Рожковой. – Пока у Вальки мужик в тюрьме сидел, он к ней вечером – шасть! А муж вернулся, голубков застукал, вынул ножик и попер, как у них в тюрьме принято… А у Васьки тоже ножик оказался…

– Охотничий, в сапоге! – уточнил Гришка, разводя указательные пальцы сантиметров на двадцать пять и радостно подхихикивая, будто это у него нашелся клинок в трудную минуту.

– В общем, зарезал он его, – продолжила Дарья.

– Ничего не зарезал, Колян сам напоролся, – снова вмешался Гришка.

– Сам, не сам, только дали ему семь лет. – Бабку Дарью было трудно сбить с мысли. – А когда возвратился, пить стал по-черному…

– И ничего не по-черному… Нормально пьет, как любой мужик…

– Но тайгу он зна-а-ает, хорошо знает. С детства с отцом на охоте пропадал…

– Чего он там знает! Больше болтает! Одно слово – Зенитчик! Батя его, Дормидонт, тот был настоящий охотник и тайгу знал, как свой карман! – Осип махнул рукой и пошел обратно в дом.

– А почему его Зенитчиком зовут? – поинтересовался Егор.

– Это уже потом он болтать стал, когда из тюрьмы вернулся, – вмешалась Ефросинья.