Напиши обо мне роман

Никакой свободы, никакого заснуть под телевизор, все выходные упарываться в игрушку или вернуться домой через двое суток загула, только чтобы котиков покормить… Жизнь кончена!

— Просыпаться утром в обнимку, Алис, а? А?

— Вози ее в отпуск, там и просыпайся! — обрубила я хвостики с сентиментальными розовыми бантиками.

— Я, пожалуй, подумаю.

Мы чокнулись бокалами.

Приятно, когда есть друг, который тебя понимает. И подкармливает, когда денег нет. Те времена давно уже прошли, но моему сердцу до сих пор дороги те сырные палочки, которыми он делился, когда моих доходов хватало на одну курицу в три дня и самое дешевое пиво.

Кстати, вспомнила, о чем тоже забыла ему рассказать!

— Миш, я тебя в роман вставила, кстати. Даже дважды. Ты меня теперь убьешь?

— В какой? — подозрительно прищурился он сквозь бокал с пивом.

— Первый — вампирский. Ну тот, помнишь, я тебе начало давала читать?

— Помню. Чем он кончился, кстати?

— Как всегда, все умерли. Я его, кстати, посвятила тебе!

— Оптимистично… А второй что? — ему было приятно и скрывал он это плохо.

— У меня там страстный секс? — с надеждой спросил Мишель.

— Нет, у тебя там снова пьянка со мной, — я виновато потупилась.

— Что за жизнь…. — вздохнул он, отпивая пива. — Везде одно и то же.

— Ну, прости, — развела я руками. — Я ж не знаю, какой ты в сексе. Может быть, извращенец и любишь обмазаться медом, и чтобы в тебя кидались разноцветными M’s. Или возбуждаешься только от красных деревянных поездов. Или…

— Так, хватит! — передернулся Мишель.

Я махнула официантке, и она все же принесла мне пятый коктейль. Ой, нажру-у-у-усь!

— А в тот, что про крысюка твоего, не вставила? Как я ему засветил? — заинтересовался Мишель.

— Блин, кажется, нет…

— Теперь точно обижусь!

«Крысюк» — это мой бывший муж. И роман про него у меня тоже есть, верно.

У Мишеля он увел девушку, в которую тот был влюблен, а Мишель, даром, что мягкий и добрый, при случае засветил ему по морде.

Это было приятно. Хоть и не за меня вступились, а все равно хорошо вышло.

Обязательно надо будет куда-нибудь воткнуть эту сцену. Вообще, в кино и книгах герои так часто бьют морды, что это вроде как уже банальность. Но в моей среде интеллигентных мальчиков такое было редкостью. Так что я пока хранила эту сцену в сердечке, не разменивая ее на проходные романы.

— А ты как? С тем твоим не сошлась обратно? — напомнил он мне о последнем возлюбленном, том самом, с которым я рассталась, чтобы не мешал писать романы.

Почти никому об этом не рассказывала, потому что это как-то слишком, даже для меня. Всегда можно найти более приличную причину. Например — отказался мыть унитаз. Так я обычно говорю своим замужним подругам и наслаждаюсь хтоническим ужасом в их глазах и мысленной короной «Дикая феминистка» на своей голове.