Непокорная

Да и мне хотелось как-то насолить нашему красавчику. Поэтому, пока он ругался за дверью, я аккуратно подрисовала две прямые, и так же аккуратно стёрла точно такие же, только в другом месте.

Понятия не имею, что из этого в итоге получится, но очень надеюсь, что попотеть этому придурку придется, восстанавливая чертеж. И честно говоря, эта маленькая пакость, пусть даже на мгновение, но принесла удовлетворение.

Дверь опять приоткрылась и я, совершенно не думая, просто срабатывает рефлекс, снова бросаю книгу. Хлопок. Громкий мат. И мой довольный смех. Как я хорошо придумала вот так обороняться. Надеюсь только, что к тому времени, как меня придут спасать, мои боеприпасы не закончатся.

— Кареглазка, может хватит, а? — раздается из-за двери уже более примирительный тон.

— Оо, уже не дура и не больная? Или как ты там говорил, еб#нутая? — считаю вполне справедливым его поддеть, даже если его слова вполне правдивы.

Только ему об этом знать совсем не обязательно, конечно же.

— Ты же прекрасно понимаешь, что это все эмоции, и на самом деле я тебя такой не считаю.

— Нуууу, не знаю, Соколовский, ты это говорил так уверенно.

— Давай зайду, и мы спокойно поговорим. И ты сама убедишься, что я это не специально.

Нет, но он точно меня за дуру держит. Если Артем каким-то образом попадет в комнату, то всё. Моей репутации придет конец, меня обесчестят, даже глазом моргнуть не успею. Конечно, я преувеличиваю немного, но думаю, тут и так все понятно.

— Поверю тебе на слово.

— А если хорошенько подумать?

— Я своих решений не меняю.

— Ну, тогда мне придется это изменить.

Не успеваю я сообразить, что он имеет в виду, как дверь резко открывается, и в ту же секунду в спальню врывается Артем. Хватаю со стола книги и начинаю швырять ими в него, но он оказывается проворнее, и уже через несколько мгновений я оказываюсь в его объятиях.

— Попалась, — довольно скалится он, опаляя меня мятным дыханием и проводит по мне довольным взглядом.

— Пусти, — пытаюсь вырваться, но его объятия только усиливаются, прижимая меня ещё ближе к нему.

— Не так сразу. Сначала я хочу получить моральный ущерб за нанесенные раны.

— Соколовский, не перег…

Но договорить я не сумела, мне заткнули рот… поцелуем…

Первой моей реакцией было хорошенько его стукнуть, чтобы не повадно было распускать свои руки. Но потом что-то пошло не так. Я просто забыла, что хотела сделать.

Его губы на моих губах, так умело ласкают мой рот. Я поплыла. Мой мозг ещё пытался сопротивляться, а вот сердце. Оно забилось с новой силой. Неосознанно обняла его в ответ и ответила на поцелуй.

Я не знаю, что со мной не так. Но стоит ему лишь ко мне прикоснуться, и во мне просыпаются первобытные инстинкты. Мне хочется ещё и ещё. И ведь разум мой кричит, что если я сдамся, то это конец.