Неполная дура

— Завтра мы хороним моего Герочку, поминки предстоит организовать и все такое прочее, — всхлипывала женщина в белый кружевной платочек, сидя в углу кухни на удобном мягком кресле и при этом даже не делая попытки к этим самым поминкам подготовиться. — А я совсем без сил! Прямо и не знаю, за что взяться сначала!

Но насколько могли видеть подруги, браться она ни за что еще и не пыталась. Овощи для салатов лежали в раковине. Их даже еще и не помыли. И самое главное, никаких продуктов в холодильнике не было.

— Ах, в магазин пошел Леонтий Владимирович, — прощебетала дама.

 — Он такой благородный человек! Единственный, кто понял, как мне тяжело!

— Елизавета Петровна, а где же ваша дочь? У вас ведь есть дочь?

— Сестра Геры, — уточнила Инна. — Почему она не пришла вам помочь?

— Ах, Людочка не родная сестра Гере! Они от разных отцов.

— Но ведь она могла бы войти в ваше положение.

— У Людочки занятия в институте! Ее нельзя отрывать! Нет, нет, я должна сама.

И притвора сделала вид, что пытается подняться из кресла. Круглое упитанное тело вроде бы приняло вертикальное положение. Но только на мгновение. Тут же ноги у Елизаветы Петровны подкосились, и она со стоном упала назад, театральным жестом обмахиваясь своим платочком.

— Я так ослабела за эти дни, — принялась она жаловаться подругам, наблюдающим этот спектакль с видимым интересом. — Так ослабела! Мне кажется, что я сама не выдержу посланного мне испытания и умру!

При этом цвету лица Елизаветы Петровны позавидовала бы и Мисс Вселенная. Под глазами не было и намека на синяки, а ее показная слабость имела целью производить впечатление жуткого страдания на окружающих. Вызывать в них сочувствие и желание немедленно кинуться на помощь бедной матери.

Подруги переглянулись. Было ясно, что просто так эта особа ничего им не расскажет. Что же, им не привыкать к работе. Могут и помочь дамочке. Разумеется, при том условии, что пока они трудятся, она будет рассказывать им о своем сыне.

— Мы пока помоем и поставим отвариваться овощи, — сказала Мариша.

— И разморозим мясо, — добавила Инна, обнаружившая в морозилке порядочный кусок окорока. — Получится отличное жаркое.

— Да, да, — шептала женщина, бодро закуривая сигаретку.

Подруги насторожились.

Но нет, дамочка курила хоть и облегченные сигареты, но всего лишь «Винстон». Похоже, в доме с деньгами и в самом деле было не густо. Обстановка кухни намекала именно на это. Так что наследство Герасима должно было прийтись особенно кстати.

— Мы знаем, что у вас с сыном были непростые отношения, — сказала Мариша, чтобы начать разговор. — Должно быть, в детстве он вас не радовал?

— Хулиганил? Двойки приносил? Вы его ругали, оттуда и неприязнь?

— Нет, — совершенно спокойно отозвалась Елизавета Петровна.