Неполная дура

— Устал я что-то, — бормотал он. — Да и не выспался. Вы уж простите, девочки, вздремну чуток. А потом мы с вами еще поболтаем.

И через минуту он в самом деле заснул, сладко выводя носом тоненькие рулады.

— Что ты будешь с ним делать? — растерялась Мариша. — Нам его еще столько нужно было спросить, а он заснул!

— Да что толку? Он все равно ничего сказать больше не сможет! Я этот тип мужиков знаю. Болтают, болтают, на подвиги собираются, а потом бац! И в один момент он уже спит. Хорошо еще, если сам до кровати добраться сумеет.

Инна, которая провела сегодняшнюю ночь на коврике, покосилась на нотариуса с сочувствием.

А потом, облокотившись на безмятежно дрыхнущего нотариуса, подруги принялись обсуждать то, что им удалось узнать.

— Значит, вторую сестру Геры зовут Прима Зайчик. И она поет.

— Юлиан Иванович вроде бы Мите так говорил.

Мариша недоуменно поморщила нос.

— Где это в Павловске театр находится?

— Она, может быть, в Питер на работу ездит.

— В театр. Петь. Это не так далеко, как кажется. На маршрутке до метро «Московская» минут за сорок обернуться можно.

— Но театров в городе много.

Драматических, академических, государственных, имени такого-то, имени сякого-то. Одним словом, на любой вкус. И в каком из них мы будем нашу Приму искать?

— Можно обзвонить их все. У меня есть справочник.

И озабоченные подруги, осторожно устроив нотариуса поудобней среди салатников и подложив ему под щеку несколько смятых салфеток для дополнительного комфорта, потихоньку покинули «Пир во время чумы». Раскрасневшиеся лица гостей в полумраке выглядели страшновато. Людочка уже снова сцепилась с Полиной, жарко выясняя, кто из них больше любил покойного.

Елизавета Петровна тоже увлеклась спором. Другие гости внимали им, время от времени отпуская комментарии.

Так что на отступающих подруг никто не обратил внимания. Многие гости тоже уходили. А тем, которые еще оставались, не было уже никакого дела до окружающих.

На этот раз подруги двинулись к Инне. Ей надо было переодеться после вчерашних танцев и сегодняшних поминок. Пока они ехали, покачиваясь на заднем сиденье такси, Мариша внезапно произнесла:

— Я все-таки думаю, что Этна прячется где-то в городе.

— Мне показалось, что я видела ее сегодня на кладбище.

— Да ты что! — ахнула Инна. — Где? Когда? Почему мне не сказала?

— Ты с нотариусом ворковала. И потом Этна уже уходила.

— Но ты ее догнала? Поговорила с ней?

— Нет! Я даже не уверена, что это в самом деле была она.

— Я же с бодуна была, — призналась Мариша, не любившая скрывать или отрицать всем и так очевидные факты. — Ну, погналась за ней, а сердце так застучало и кровь в голову бросилась, что пришлось мне остановиться и передохнуть.

— Пока отдыхала, эта женщина ушла.